Шрифт:
Девушка едва успела одеться к завтраку, как за окном раздалась трель соловья, который старательно выводил знакомую мелодию из «Песни о песне». Принцесса тут же вышла на балкон. Свежий ветер дунул в лицо, ласково потрепав распущенные волосы.
Небо было чистым, солнце светило ярко и пахло ночным дождём. Под балконом стоял улыбающийся Питер. Ирена кивнула, приветствуя его. Гаабс галантно поклонился:
– Можно потревожить Ваше Высочество своим визитом?
– Конечно, поднимайтесь, сэр Питер. Вас встретит моя камеристка на этаже.
Ирена скрылась в покоях, страж с сияющим лицом прошёл к главному входу. Он был при полном параде: в малиновом камзоле и алом плаще с символикой Тюдоров. Ни один гвардеец не подумал бы его спросить, куда он направляется.
Поднявшись по ступенькам, Питер буквально столкнулся с синеглазой Мери. Девушка сделала книксен и молча проводила его до приёмной принцессы.
– Новости?
– поинтересовалась Ирена, жестом приказав Мери покинуть их.
Камеристка вышла из покоев по своим делам.
– Какие там...
– махнул рукой страж.
– Все только о суде и думают. Сегодня?
– Да.
– Мы будем.
– Я всех вас всегда жду.
Лицо Питера было таким загадочным, что Ирена не могла не спросить:
– Что у тебя на уме? Рассказывай.
– Я...
– тряхнул золотистыми кудрями юноша.
– Я пришёл к тебе с очень важной личной просьбой. Наверное, в первый раз в жизни я решился просить что-то для себя, потому что помочь мне можешь только ты.
– Я тебя слушаю, Питер.
– Хочу поговорить о Мери.
– Мери?
– изогнула брови принцесса и почувствовала, как что-то больно кольнуло её в сердце.
– Я пришёл просить у тебя её руки.
Констанция де Нанон сидела в мягком кресле, на её коленях лежала большая рыжая кошка по кличке Маркиза. Д’Альбре гладила животное по мягкой пушистой шерсти и пребывала в глубокой задумчивости.
Вошёл лакей, подал письмо. Девушка распечатала его, прочла и осталась довольна содержанием. Бережно подняв кошку с колен, Констанция встала, уложила Маркизу на своё место в кресле и подошла к камину. Языки пламени играли среди углей, танцуя лишь им одним известный танец. Лёгким движением герцогиня отправила письмо в таинственный хоровод огня. Не прошло и минуты, как от бумаги остался лишь пепел.
Д’Альбре покинула комнату и бесшумно пошла по пустынным залам, не задевая ни одного предмета и не стуча каблуками по паркету. Казалось, что она плывёт, а не идёт...
Подойдя к маленькой чёрной двери, француженка услышала приглушённый разговор. Мужской и женский голоса вели беседу:
– Милорд, я не понимаю, что иногда на меня находит... Но злюсь неимоверно, когда мои планы проваливаются.
– Дело в Вашей неопытности, дитя моё... Потому я и не советую Вам ничего делать самой.
– Но я ничего не делала...
– Не отрицайте своей причастности к недавним событиям, миледи... Событиям, связавшим наследницу, Кеннеди и этого испанца, которого взяли в воскресенье.
– Ммм... Вам и это известно, герцог?
– Мне известно всё. И то, что планы были идеальны, и то, что Ваши карты спутали рыцари новоиспечённого ордена...
– О да, милорд... Иногда я начинаю сомневаться, на правильном ли пути я была...
– Нет, красавица моя. Я думаю, что нет.
– Нет? Но не Вы ли говорили мне, что я рождена для короны?..
– Никогда не надо спешить, дитя моё... Всему своё время.
– Может, Вы и правы, милорд.
– Вас что-то тревожит?
– Совесть...
– Совесть?!
– Да, совесть! Представьте себе, она ещё жива!
– Вы позабыли, во имя чего мы затеяли нашу игру?
– Я всё помню. Но она моя сестра...
– Маркиза, - мужской голос стал жёстче, - я посоветую Вам больше не предпринимать никаких поспешных решений. Вести себя тихо-тихо, чтобы не привлекать лишнего внимания к своей персоне. И просто ждать. Доверьтесь мне и моим людям. Я дам Вам знать, когда придёт время действовать.
– Просто ждать... Да, пожалуй, больше мне ничего и не остаётся.
Голоса затихли. Констанция вмиг отошла от двери и бесшумно удалилась.
Ирена прищурилась. Бирюзовая радужка её глаз дрогнула и стала более зелёной.
– Ты просишь у меня руки Мери Бенсон?
– Да, - смущённо улыбнулся Питер.
– Я знаю, что она сирота и служит только тебе. Значит, только ты можешь дать ей разрешение на брак.
– Это всё верно, - кивнула Ирена и опустилась на софу.
– Или она уже обещана другому?
– поинтересовался Питер, почувствовав неладное.