Токкинс не договорил и низко поклонился Ирене.

– И рыцари Красного ордена могут подтвердить эти слова?
– вскинул брови судья.

– Конечно, - ответила принцесса Уэльская.
– Они были там. Но повторю: ни Лесные стражи, ни разбойники Чёрного Джона тогда ещё не знали, что перед ними Элисса Английская. В этом мистер Токкинс абсолютно прав.

– Превосходно, браво...
– простонал прокурор, неслышно аплодируя.
– У меня чувство, что я в театре на Шекспире.

Ирена услышала, как её позвали по имени. Обернувшись, она увидела, что из-за портьеры выглядывает Джон Райт. Мужчина поманил девушку рукой. Принцесса покинула своё место и подошла к рыцарю.

– Что?
– с горящими глазами спросила Ирена.

– Слышишь, что он несёт?

– Он прекрасен, как Бог, в этой роли. Видишь, какой на самом деле Токкинс! Он умный и благородный человек!

– Вижу, хорош адвокат, - усмехнулся барон Эшер.
– И ведь почти не соврал, не считая мелких деталей.

– Он облегчил нам задачу. Я уже подтвердила, что они не знали, кто я, до субботы.

– Поражаюсь тому, что он сумел вытащить и себя, и Кеннеди. Да ещё и маркизу выгородить. Только поигрался с твоей честью немного.

– Хуже мне уже точно не будет, чем от предположения, что я была в сговоре с самим Чёрным Джоном, чтобы убрать с дороги сестру, как вторую претендентку на трон.

– Удивительно, но ты была права, - улыбнулся Райт.

– Я очень рада, что это так...

– Эй, вы там, господа за дверями!
– раздался голос Эвелины.

– Что?

– Сюда, Ирен! Тебя снова ждут. И сэра Джона, кстати, тоже.

– Пробил час...
– прошептала наследница и, поймав ладонь Джона, крепко её сжала.

Он ответил ей тем же. Это прикосновение обнажённых рук принцессы и рыцаря стало первым с тех пор, как вскрылась правда о её сане.

– Пробил, - ответил Райт и почувствовал, как заалели уши.

Ирена твёрдым шагом вернулась в ложу. Её смелость развеяла все сомнения Красного Джона в правильности собственных действий. Отогнав назойливые эмоции и чувства, он принял хладнокровное выражение лица и проследовал за будущей королевой своей страны.

Суд требовал наследницу престола и виконта Джонатана Райта для дачи показаний. Принцесса и рыцарь спустились по лестнице. Прокурор уже взял себя в руки, хотя и не надеялся на успех, но продолжал выполнять свою работу.

– Ваше Высочество, суду необходимо подтверждение слов обвиняемого Джима Токкинса относительно тех тонкостей, кто и когда узнал в Вас наследницу престола.

– Джим Токкинс сказал правду: попытки лишить меня свободы в прошлом августе совершались трижды. В то время я уже была знакома с будущими рыцарями, но общалась с ними инкогнито. Они не знали о моём титуле. Также не знали о нём и разбойники Джона Кеннеди. Сэр Джон, лорд Джонатан Райт, барон Эшер подтвердит мои слова.

Зал зашушукался, услышав новый титул Красного Джона.

Райт коротко кивнул:

– Истинная правда, мы охраняли честь нашей новой знакомой, но не могли понять, почему она настолько заинтересовала бандитов.

– Вы знакомы лично с Кеннеди, миледи?
– спросил прокурор, и Ирена поняла, что этот факт нужно скрывать до конца, поэтому ответила, не моргнув глазом:

– Я видела его пару раз мельком и знаю лишь то, что он старый соперник сэра Джона. Но подозреваю, что об их семейных разногласиях я говорить не имею права.

– С Джимом Токкинсом Вы также знакомы мельком?

– Да, я уже рассказала, как обстояли наши встречи в прошлом году.

– А каково Ваше мнение, миледи, об этих двух преступлениях вообще?
– заискивающе спросил судья.

– Моё мнение?
– вскинула брови Ирена.
– Вам прекрасно известно моё мнение: я хочу поскорее закончить этот бесплатный театр! Я не понимаю, зачем было нужно устраивать открытое заседание и кому оно выгодно!

– То есть Вы считаете, что показаний мистера Токкинса достаточно для снятия обвинения с обоих подсудимых?

– Это все обвинения я изначально считала недостаточными, - покачала головой наследница.
– Только слушать меня никто не хотел почему-то.

С этими словами принцесса развернулась и пошла прочь. Прокурор окликнул её, но, повернув в его сторону голову, девушка холодно произнесла:

– Я всё сказала.

– Сэр Джон, - обратился к Райту обвинитель.
– А что Вы скажете в оправдание вражды, много лет тянущейся между Вами лично и подсудимым Кеннеди? Вражды, в которую были втянуты всем известные Лесные стражи и разбойники Чёрного Джона?