– Половина туристов, посетивших на этой неделе Веселый город, должны были увезти как сувениры цветные фото твоей вагины, - засмеялась Джуди.

– Заткнись, - обрезал Брайан.

– Да, не думаю, что над этим стоит смеяться, - заметил Джуди Джош. Несколько твоих красивых снимков могли бы принести нам кое-что еще.

Брайан нагнулся и взъерошил волосы на лобке Джуди.

– В этой маленькой штучке денег нет, - хмыкнул он.
– Ее маловато.

– Хватит на все, что ты сможешь туда сунуть, - оборвала Джуди.

Патрисия начинала поддаваться действию травки, её охватывало безразличие. Длинными нелегкими вечерами у Изи она держалась только на таблетках, и сейчас готова была наконец расслабиться. Превосходная перспектива...

– Скотт ещё не возвращался, - сказал Марк.

Опять удерживая дым, Патрисия улыбнулась и кивнула Марку, чтобы сказать, что очень ценит его беспокойство за Скотта. Получив бланки рецептов, Скотт работал днями и ночами. Это было опасно, и она не могла полностью расслабиться, пока он не придет.

– И ещё кое-что, - продолжал Марк.
– Звонила твоя соседка по комнате, Джейн. Ничего не передала, просто сказала, чтобы ты позвонила ей завтра.

Патрисия слишком рано выпустила дым.

– Подозреваю, она хочет мою половину квартплаты.

– Для чего ты держишься за то жилье?
– спросила Джуди. Ты там даже не спишь.

Патрисия пожала плечами.

– Не знаю. Туда приходит моя почта.

– Пустая трата денег, - фыркнула Джуди.

– Что не твое дело, - добавил Брайан.

Джуди ухмыльнулась.

– Правильно. Это не мое дело, - она потянулась и зевнула. Потом прислонилась к Брайану, и тот её обнял.

Патрисии было уютно. Эти моменты блаженного спокойствия стали одной из причин, по которым она перебралась сюда. Со Скоттом она узнала нечто большее: ценность близких друзей и душевного разговора в тишине. Всю жизнь она думала, что у неё есть друзья, хорошие друзья; но у неё не было таких, которые так любили бы друг друга, которым друг с другом было бы так свободно и уютно. Джош сказал бы, это потому, что никто из них не пытается использовать другого.

– Где близняшки?
– спросила Патрисия Джоша.

Лица у всех напряглись.

– Наверху, - ответил Джош.
– Они немного расстроены и утешают друг друга.

– Что случилось?

– Гейл пришлось сегодня выложиться.

– О-о, - выдохнула Патрисия.

Джош положил руки ей на плечи.

– Не стоит разговоров, - сказал он.
– Это вина Бритт. Не думаю, что их сильно бы волновало, будь это моя вина или случись это само по себе. Огорчает их то, что это вина Бритт. В любом случае, вреда Гейл не причинили. Парень был тихим и застенчивым.

– Мы разговаривали о плане, Патрисия. Как раз когда ты вошла, вмешался Марк.

План. Так они вынуждены были называть задуманную аферу с похищением дипломата ООН и получением за него выкупа. Такой аккуратный эвфемизм. Всем было неуютно от слова "похищение", а "план" устраивал гораздо больше.

– Брайан снова против, - пожаловалась Джуди.

– Я считаю, так и должно быть, - принялся объяснять Брайан.
– На самом деле угробить план я не пытаюсь. Я только хочу, чтобы вы поняли, насколько это сложно. Я говорил о Нью-Йоркской полиции и ФБР.

– Эй!
– с озорной ухмылкой прервала его Джуди.
– Знаешь, генсек Мао сказал такое, что разделает твои доводы под орех.

Брайн флегматично улыбнулся.

– Ладно, что там сказал генсек Мао?

Джуди нараспев процитировала:

– "Нужно очистить наш разум от нерешительности и неверия. Все, кто переоценивает силу врагов и недооценивает наши силы, ошибаются."

– Минуточку, - вмешалась Патрисия.
– Генсек Мао сказал кое-что еще.

Она улыбнулась и подняла вверх палец.

– Генсек Мао сказал: "Каждый, кто видит только положительные стороны, но не видит проблем, не может успешно бороться за выполнение наших задач". Помнишь?

– Правильно, - кивнул Джош.
– Патрисия права.

Брайан кивнул.

– Итак, что, если все мы кончим дни на каторге?

Ответил Марк.

– Я принес истинную жертву идеалу революции, - торжественно заявил он и коснулся руки своей спящей жены.
– И Памела тоже. Мы могли бы жить совершенно иначе. И нашли бы себе место в этом обществе. Мы этого не сделали. Мы принесли жертву и... Ладно, терпеть не могу слова "посвящать". Звучит так помпезно. Скажем, мы решили отдать себя идее разрушения прогнившего американского общества и построения чего-то совершенно нового. Ладно, насчет жертвы... Что мы смогли? Не так много. Мы все, каждый из нас, слишком мало совершили ради дела революции. Я готов на риск. Готов на авантюру.