Шрифт:
Как одиночество моё…»
Стоило мне услышать голос Валерия Александровича, как я тотчас окунулся в собственные воспоминания.
Был у меня момент, когда не то, что жить, дышать не хотелось. Все вокруг казалось ненужным и бессмысленным. А причиной всему, как водится в этом мире, послужил противоположный пол, то есть девушка и любовь. А точнее, уже не любовь. А её внезапное окончание. А в юности мы же все любим один раз. И разрыв – словно смерть.
А к жизни меня вернула… Музыка. Рок–музыка: Алексей и Михаил Юрьевичи, Валерий Александрович, Константин Евгеньевич и Максим Вячеславович. Но это было. Было и прошло. И, как написал один наш соотечественник: «Несчастная любовь – есть украшение любой биографии».
«… Я здесь,
Где стынет свет, и покой!
Я снова здесь:
Я слышу имя твоё…»
Припев вырвал меня из размышлений о былом. Я повернулся к моей невольной собеседнице.
– Вот вы думаете, что у вас много поводов расстаться с жизнью? Да знаете, что я вам отвечу? Вам просто очень сильно себя жалко. У многих людей вокруг вас было гораздо больше поводов шагнуть в окно. Я, может, буду сейчас груб и жесток. Но уж не обессудьте. Моему одному близкому человеку сейчас нет ещё и шестидесяти лет. В молодости он был активен и полон сил. Потом, в возрасте тридцати лет, ему прооперировали позвоночник. Впервые. В сорок три года его прооперировали повторно. И с тех самых пор он больше не ходил на своих ногах. Никогда. С сорока восьми лет он не встает с кровати. Вообще. И как ты думаешь, легко ли всё это ему далось? Можешь не отвечать. Это был риторический вопрос. И не плачь. Да не реви ты! Ничего, что я уже на «ты»? Закат уже почти догорел… Нет, кто я такой, чтобы тебя отговаривать? Я просто предлагаю выбор: можешь закончить начатое. А можем пойти вместе, взявшись за руки, на тот берег. Там есть отличная кофейня, и бариста сварит чудный латте макиато.
«…Выбирай, выбирай,
Осознай…»
Вторил мне Олег Жиляков.
– Ну что, любоваться больше нечем. Ты выбрала? Я так и знал. А рука у тебя и впрямь холодная…
«…Молчим, молчим, молчим
О чём-то скованно.
О том, что знаем оба:
Ты и я…»
Май 2019 г.
Самое счастливое время на свете…
Я сидел на ковре возле стола. А на столе стояла красивая новогодняя ёлка. Мама сказала, что скоро придёт Дед Мороз, и пошла на кухню. Там уже с полудня что-то шкворчало и шипело.
Я знал, что Дед Мороз – это будет мой папа. Ну, или, на худой конец, сосед – дядя Слава. Ведь я – уже взрослый, мне целых шесть лет. На следующий год в школу.
В дверь позвонили: дверной звонок спел птичью трель трижды. Мама сделала телевизор потише, и поспешила в коридор. С экрана какие-то дяденьки пели:
«…Самое счастливое время на свете –
Когда мы еще дети, мы еще дети.
Самое счастливое время на свете…»
Через какое-то время в комнату вошел… Дед Мороз. И моя мама. Нет, это был не мой папа. И уж точно не дядя Слава. От него пахло холодом, и… волшебством, что ли. Борода искрилась, а глаза лучились счастьем и улыбались.
Я, оторопев, рассказал какой-то стишок, а потом добрый старик присел рядом со мной, вручая подарок. И в тот момент, когда коробка с чем-то интересным была у меня в руках, Дед Мороз с легкой улыбкой спросил:
– Ну, малыш, о чем ты мечтаешь?
– Я? Я… – я немного замялся.
– Ну же, молодой человек, не стесняйся…
– Я хочу… – я даже зажмурился, предвкушая ведро мороженого и большой конструктор «Лего»…
– Только давай договоримся? Одно желание, и самое-самое сокровенное. То, что здесь живёт, – Дед Мороз легонько ткнул меня указательным пальцем в грудь.
Тут на кухне что-то активно зашипело, и мама поспешила спасать праздничные блюда. Удостоверившись, что нас никто не слышит, я заговорщическим шепотом произнес:
– Я, вот прям честно-пречестно, хочу, чтобы у меня была жена на маму похожая, тоже красивая и добрая. И дочку хочу. Братики у меня есть. Я хочу дочку. Тоже красивую. И я хочу помогать людям, чтобы то, что я делал на работе, было очень нужно и полезно. Вот.
– Всё? – спросил Дед Мороз.
– Кажется, да… – сказал я неуверенно и шмыгнул носом.
– Ну-у-у, что ж, – дед усмехнулся в бороду, и подмигнул.
Утро первого января. Пора вставать и бежать к ёлке – проверять подарки.
Открываем глаза. Кажется, не обманул старый волшебник. Мне тридцать лет, рядом очень красивая жена. Какие-то черты даже напоминают маму. А вот и дочь.
В комнату вбегает шестилетняя девочка:
– Папа, папочка! Доброе утро! Смотри, что мне подарил Дед Мороз…
Ребенок начинает показывать разные разности, я в ответ улыбаюсь. Мне – хорошо. Я – счастлив. И, даже когда я узнаю, что прицепом к моей детской мечте в обязательном порядке идут денежные долги, проблемы на работе, сложности со здоровьем, иногда ругань и непослушание ребенка, я все равно останусь счастлив. Если бы сейчас я делал такой выбор, как в детстве, я бы загадал тоже самое.