Что же он тут забыл в такое время? Почему оставил своих клиентов?

Я влезла на подоконник и тихонько спрыгнула в сад. Несколько кузнечиков испуганно подскочили и царапнули меня по лодыжкам своей жесткой кожицей. Пригнувшись пониже, я посмотрела на господина Тука. Тот вошел в наши ворота.

— Chao ong Tuc [12] , — радостно поприветствовала его мама, тут же поспешившая навстречу гостю.

— Chao ba [13] . Гляжу, у вас тут много работы! Урожайный выдался год?

— Да уж не жалуемся, господин Тук. В этом году рис не погиб от ливней, и то хорошо. — Мама отставила в сторону корзину и помогла предсказателю пересечь шумный двор.

Мне захотелось узнать, зачем же он пришел, поэтому я шмыгнула в гостиную и села на диван за спиной у старика. Мама разлила чай и предложила гостю дымящуюся чашку.

— Спасибо, что заглянули, господин Тук. Наше дело расширяется, и мы уже подумываем о большем амбаре. Планируем построить его в переднем саду, — мама плеснула и себе чаю. — Как думаете, место благоприятное?

Тут передо мной что-то мелькнуло.

— А-а-а! — я пулей метнулась с дивана.

— Что такое? — старик поморщился.

— Огромная такая крыса! — Зверька уже и след простыл, но я всё равно кинулась к маме.

Та рассмеялась.

— У нас столько хлопот со сбором урожая, что мы растревожили их, Котенок. Они скоро вернутся к себе в норы.

Предсказатель неожиданно расправил плечи.

— Госпожа Чан, кто эта девочка? — он смерил меня взглядом.

— Это Зьеу Лан, моя дочь.

Я сложила руки перед собой и учтиво поклонилась.

— Подойди ко мне, дитя. — Предсказатель сдвинул брови. — Кое-что в тебе пробуждает мое… любопытство. Присаживайся, да, вот сюда. Покажи мне ладони. Распрями их и замри.

Я повиновалась. Меня окатил восторг. Вот друзья обзавидуются, когда я расскажу, что господин Тук предложил предсказать мне будущее!

Старик откинулся на спинку деревянного кресла с подлокотниками, украшенными головами драконов. Сощурился, внимательно разглядывая линии и отметины на моих руках. Вдруг его глаза округлились, точно он увидел нечто жуткое.

— Не томите, господин Тук, что вы там увидели? — Мама схватила бумажный веер и принялась обмахивать нас с предсказателем.

— Дайте мне еще минуту. — Господин Тук поднес мои ладони поближе к глазам. Опять всмотрелся в линии, обвел их указательным пальцем. Стало щекотно. Я бы рассмеялась, не будь его вид столь серьезным.

Мама налила еще чаю.

— Так что там? — спросила она, когда господин Тук поднял взгляд.

— Госпожа Чан, мне кажется, вам не стоит этого знать.

— Почему же, господин? — Чайник, который мама держала в руке, так и застыл в воздухе.

— Думаю, так будет лучше.

— Нет, мне очень интересно. — Мама склонилась над столом и встревоженно нахмурилась.

Старик внимательно заглянул мне в глаза. От его пристального взгляда по моей спине побежали мурашки.

— Госпожа Чан, видите ли… вашу дочь ждет непростая жизнь. Она еще немного побудет богатой, но в итоге лишится всего и станет побираться в далеком городе.

Чайник выпал из маминых рук и разбился. Над полом взвился пар.

— Me! [14] — я бросилась к ней.

Мама отступила от осколков и прижала меня к груди.

— Господин Тук, вы уверены?

— Так написано на ладонях, госпожа Чан. Мне очень жаль.

Мама вцепилась в мои плечи.

Больше она с предсказателем не встречалась и запретила мне приближаться к его дому. Его предостережение так напугало маму, что она стала втайне водить меня по бесчисленным храмам и пагодам, моля небеса о снисхождении. Глядя, как она сжигает стопки «адских денег» [15] , чтобы умилостивить духов, и жертвует незримым демонам жареных поросят, я возненавидела старика.

Через два года, когда мне исполнилось двенадцать, господин Тук умер от старости. Такие пышные похороны наша деревня видела нечасто. Со всей страны стянулись люди, жаждущие проститься с предсказателем. Все говорили о том, до чего точны оказались его слова.

А я всё не понимала, как же может такое быть, что он угадал и мое будущее? Как я стану побирушкой? Наша семья была самой богатой в деревне. Стойла полнились скотом, а поля — рисом и овощами. Папа начал возить наш урожай в Ханой на тележке, запряженной буйволом, а там продавал его задорого в самые лучшие рестораны. Ночами, слыша, как щелкает счетная доска у мамы в руках, я понимала: денег у нас навалом. И хотя приходилось платить немаленькие налоги французам и императору, мои родители трудились не покладая рук.