— Ты в своём уме?! — прошипел Павел, когда мы оказались в машине. Его пальцы с силой захлопнули дверцу за мной. — На виду у всех! Ты — моя невеста! Ты должна вести себя достойно!

Я откинулась на спинку сиденья и усмехнулась, чувствуя, как алкоголь только подливает огня в моё упрямство.

— Твоя невеста? Серьёзно? Павел, я — не твоя собственность. И уж точно не обязана сидеть в четырёх стенах, пока ты изображаешь святого.

Он резко ударил ладонью по рулю.

— Замолчи, Майя! Ты позоришь меня! Свою семью! Себя!

— Нет, милый, — я повернула к нему голову, — это ты позоришь меня. Твои руки, твой запах… я до сих пор это помню. И сколько бы ты не делал вид, что ничего не было, для меня это никогда не исчезнет.

Он резко дёрнул руль в сторону обочины, остановил машину и обернулся ко мне. В глазах — бешенство. Рука метнулась к моей шее, стиснула так, что стало трудно глотать.

— Никогда, слышишь? — его голос был срывающимся, хриплым. — Никогда больше не смей говорить об этом! Ты моя, и ты будешь моей женой, нравится тебе или нет! Если я захочу тебя — я возьму тебя. И тебе лучше смириться.

Я не моргнула.

Да, воздух резал горло, сердце колотилось, но страха не было. Я посмотрела прямо в его глаза и усмехнулась.

— Попробуй ещё раз, Павел, — прошептала, чувствуя его пальцы на своей коже. — Попробуй только. И я сделаю так, что об этом узнает весь мир. Твои друзья, твоя семья, твои партнёры по бизнесу. Я разрушу тебя. У тебя не будет ни карьеры, ни статуса, ни маски «идеального».

Он застыл. На секунду. Две.

Потом его хватка ослабла.

— Ты… — процедил он сквозь зубы, отдёргивая руку. — Ты даже не представляешь, с кем связалась. Майя, ты нужна мне. А если мне кто-то нужен, я получаю это.

— А ты не представляешь, на что способна я, — ответила я спокойно, чувствуя, как возвращаю себе дыхание и силу.

Внутри меня что-то щёлкнуло.

Да, я знала — эта война только начинается. Но впервые я почувствовала, что у меня есть оружие.

Приветули мои дорогие!

Я к вам с радостной новостью. У Танюши Катаевой стартовала огненная новинка ? Присоединяйтесь к прочтению ?

https:// /shrt/K5gG

Говорят, время лечит. Но глядя на Александра, я понимаю — оно лишь прячет раны глубже.

Прошёл год с нашей последней встречи. Для него — это пустота, стёртая памятью после аварии. Для меня — вечность боли, предательства и… любви.

Отомстить нельзя простить. Где поставить запятую — решит не разум, а сердце.

После того вечера прошла неделя. Я почти не видела Павла. Вернее, делала всё, чтобы не видеть. Я не брала трубку, уходила из дома на рассвете, а возвращалась ближе к полуночи.

Делала вид, что занята делами, встречами, даже самой собой. Но на самом деле — я просто избегала его.

Павел, конечно, был не из тех, кто так просто сдаётся. И я расслабилась слишком рано.

Отец позвал меня на семейный ужин. Голос был строгий, но подчеркнуто спокойный, что означало лишь одно — разговор будет неприятным. Я не подозревала ничего до самого ресторана.

До того самого момента, когда в зале, полном золотого света и шёпота элиты, я увидела его. Павла. Он сидел за нашим столиком, уверенно и спокойно, будто был здесь главным, а не гостьем семьи.

Я застыла на секунду, но пришлось улыбнуться.

Снова играть. Притворяться. Быть в той самой роли невесты, которую я выбрала сама. О чем я только думала тогда?

Ресторан был одним из тех, куда ходят показать себя, а не поесть. Огромные хрустальные люстры свисали с потолка, отражаясь в полированных мраморных плитах. Белоснежные скатерти, бокалы, тонкие как хрусталь воздуха. Каждое движение официантов — отточено, безупречно.

А за столиками — элита. Мужчины в дорогих костюмах, женщины в платьях, цена которых равна годовому доходу обычного человека. Украшения, блеск, запах денег и власти витал в воздухе сильнее, чем аромат дорогого вина.

Я ненавидела всё это.

А больше всего — ненавидела себя за то, что снова села рядом с Павлом.

Он даже не скрывал улыбку. Его рука «случайно» скользнула к моей, и я знала — это игра. Для отца, для всей публики. Мы должны были выглядеть парой. Будущая невеста и жених.

А я злилась. Ох, как же я кипела внутри.

Злилась на отца, который снова решал за меня. На Павла, который шёл в обход. На саму себя, потому что у меня не хватило сил просто встать и уйти.