Кристофер поднялся на ноги и быстро собрал все остатки припасов, прежде чем поспешить на кухню. Я последовал за ним, но ничего не сказал. Он снова стал тем Кристофером, каким был, когда мы с Кингом приехали сюда, и я нутром чуял, что никакие мои слова не вытянут прежнего Кристофера.

– Я заплачу за химчистку твоих ботинок, или, если хочешь, могу купить новые, - сказал молодой человек, начиная протирать и без того безупречно чистую столешницу. Скорее всего, это был просто предлог, чтобы держаться ко мне спиной.

– Не беспокойся, они видели и похуже, - мягко сказал я.
– Кристофер?

– Не забудь приложить пакет со льдом к плечу. И оставь «бабочек» на несколько дней. Прими немного ибупрофена, когда вернешься домой. Это поможет и твоей голове и плечу. Если почувствуешь тошноту или что-то в этом роде, обратись в отделение неотложной помощи, просто на всякий случай. Потери сознания не было, но при травмах головы всегда возможен отек мозга.

– Кристофер...

Хотя Кристофер не переставал двигаться на протяжении всей своей речи, как только я снова произнес его имя, он пошевелился. Но не посмотрел на меня. Я почувствовал себя опустошенным.

Потерянным.

– Спасибо, что подлатал меня. В следующий раз постараюсь не наносить ущерб твоей мебели и твоему коту.

Я надеялся, что это замечание заставит его обернуться, но в его позе ничего не изменилось. Его спина была прямой, как шомпол, а плечи напряжены. Он даже не взглянул на меня.

– Береги себя, Кристофер, - пробормотал я, прежде чем повернуться к нему спиной и направиться к входной двери. Я услышал, как на кухне открылся кран, и понял, что он не пошел за мной, проводить.

Я быстро покинул маленький домик и направился на восток. Как я и предполагал, Кинг ждал меня в конце квартала. Я был уверен, что мой друг не бросил меня окончательно, как притворялся. Когда я увидел Кинга, прислонившегося спиной к передней части автомобиля, не мог по-настоящему сердиться на него.

Кинг почти не отреагировал, когда я обошел грузовик спереди и прислонился к нему. Я чуть не улыбнулся, увидев, как он поигрывает своим пистолетом. Он вынимал обойму и перезаряжал ее снова и снова. Это была нервная привычка, бывшая у него с тех пор, как я познакомился с ним, но я уже давно не видел, чтобы он делал это.

С тех пор, как они с Джио начали встречаться.

– Тебе нужна новая нервная привычка, приятель. За это ты попадешь в тюрьму, - сказал я.

Кинг вздохнул и убрал пистолет.

– Он тебе что-нибудь сказал?
– спросил мужчина, взглянув на меня.

– А должен был?

Кинг оттолкнулся от машины и начал расхаживать перед ней.

– Когда я увидел, как он стал действовать после того, как ты упал... Не знаю, я просто подумал...
– Кинг замолчал и покачал головой.

Я выпрямился, а затем схватил своего друга за руку, чтобы остановить его мельтешение. Я разжал ладонь.

– Ключи, - сказал я.
– Ты должен мне выпивку.

Кинг не стал со мной спорить. Он отдал ключи, и через десять минут мы уже сидели в баре в районе Сиэтла, который я не знал, но который, безусловно, не был ориентирован на туристический бизнес. Я заказал нам пару кружек пива и присоединился к Кингу в одной из немногих свободных кабинок в этом заведении.

Когда Кинг ничего не сказал, я спросил:

– Так ты оставил меня там, чтобы я навел справки о твоем племяннике?

– Да, наверное, так и было.
– Кинг сделал большой глоток пива, а затем добавил: - Он больше не Кристофер. Давненько им не был.

– Ты сказал, он учился в школе медбратьев, верно?

Кинг кивнул.

– Одной из лучших. В Дьюке. Там была ускоренная программа бакалавриата. Он остался здесь учиться, затем поступил в университет Дьюка и получил степень бакалавра всего за шестнадцать месяцев. Планировалось, что он будет обучаться по программе «Практикующий медбрат» в Дьюке дистанционно, что означало, что ему нужно будет проводить в Северной Каролине всего неделю в каждом семестре, а остальное он будет делать дома.

– Что изменилось?
– спросил я.

Кинг пожал плечами.

– Никто из нас, блядь, не может этого понять. Он просто не… наш Кристофер.
– Кинг сделал еще глоток.
– У него были все эти планы, Раш. Он с детства знал, чего хочет, и добивался этого. Уход за больными, Дьюк и все такое. Но с некоторых пор в нем что-то изменилось. Он перестал часто общаться с семьей, особенно после того, как уехал из Сиэтла. Но когда он вернулся несколько месяцев назад, он стал... чужим.

Я не мог не согласиться, что определение было подходящим.