– Как же так?
– спросил я.

– Он не приходил на семейные мероприятия, даже не разговаривал с Микой или Коном. Они позвонили, заехали к нему в дом, который он купил самостоятельно, даже никому не сказав об этом. И он так и не записался на программу подготовки медбратьев. Он работает удаленно в страховой компании, занимающейся обработкой претензий. Ему доставляют все продукты, он никогда никого не приглашает остаться погостить, если кто-то приезжает в гости. Черт возьми, он ремонтирует дом и не попросил о помощи. А эти книги...

– Любовные романы?
– Уточнил я.

Кинг кивнул.

– Ему нравились эти книги. У него, наверное, еще тысячи книг в электронном виде. Мы отобрали те, что он читал, когда был совсем юным… Он покупал их в благотворительных магазинах за гроши из расчета на доллар, используя монеты, которые находил по всему дому или на улице. Хотя он мог бы приобрести их на свой планшет, когда подрос, по-прежнему предпочитал книги в мягкой обложке.

– Они что-то значили для него, - заметил я.

– Да, - пробормотал Кинг.
– Кон и Мика хранили их, пока Кристофера не было, но когда они принесли их сюда вместе с другими вещами Кристофера, он велел им выбросить их. Вместо этого мы с Джио забрали их, потому что оба знали, как сильно он любил эти книги.

– Жесткая любовь, - пробормотал я, вспомнив, что таков был план Кинга, когда мы брали книги.
– Это ни к чему не привело.

Кинг не ответил, да я этого и не ожидал. Мой друг был хладнокровным, пугающе опасным человеком, когда дело касалось убийц, насильников и секс-торговцев, но в кругу своей семьи он был совершенно другим. Он был человеком, умолявшим Кристофера поговорить с ним сегодня вечером.

– Я не должен был так огорошивать тебя, Раш, - сказал Кинг со вздохом.
– Но когда я увидел немного прежнего Кристофера, я просто подумал...

– Я тоже видел, Кинг, - сказал я.
– Старого и нового. Ваш Кристофер все еще там.
– Мне не хотелось говорить больше, так как я чувствовал, что то, что произошло между мной и его племянником, было личным и должно остаться между нами.

– Это убьет Джио, - прошептал Кинг.

– Кристофер и Джио не разговаривают?
– спросил я.
– Они же лучшие друзья много лет, да?

– Они разговаривают... но как-то не по-настоящему. Джио говорит сквозь стены, воздвигнутые Кристофером, так что единственное, что ему удается услышать - это простая вежливая болтовня. «Как дела? Ты можешь поверить, что идет такой дождь? С Феттучини все хорошо».

Феттучини - королевский мастиф Джио. Если разговоры между двумя друзьями сводились к обсуждению собаки, то да, между ними реально, блядь, что-то было не так.

– Все это началось после той ночи в клубе?
– спросил я.

Кинг кивнул.

– Но тогда это был все еще прежний Кристофер. Он был просто... просто тише, если это имеет смысл.

Я опустил голову, потому что это имело смысл. Реальность такова, что их бы не было в том клубе, если бы Джио не отправился на поиски Кинга. Я не сомневался, что Джио винил себя так же, как и Кинг. Я бы ничуть не удивился, если бы узнал, что Кристофер испытывал такое же чувство вины.

– Мы пытались уговорить Кристофера поговорить об этом с профессионалом, особенно после того, что случилось с ним в детстве, но он твердил, что с ним все в порядке.

Я покачал головой. Молодой человек никак не мог оправиться после не одного, а двух жестоких насилий, которые едва удалось вовремя пресечь. То, что он избежал непосредственно проникновения, не означало, что он не носил шрамы от этих насилий изо дня в день.

– По закону он был совершеннолетним, - ответил я.
– Ты ничего другого не мог сделать.

Кинг на мгновение перевел взгляд на меня.

Я кивнул и сказал:

– Да, знаю, это чушь собачья, от которой никому не становится легче.

Мы немного посидели в тишине, прежде чем Кинг сказал:

– Идем, нам пора. Джио наверняка захочет узнать, что произошло.

Я уже видел страдальческое выражение в глазах Кинга, когда он обдумывал, как сказать своему жениху, что Кристофер по-прежнему для них потерян. Я вышел вслед за Кингом из бара и наслаждался тишиной в кабине его грузовика, пока он вез меня в отель. Я был так погружен в свои мысли, что даже не заметил, как мы подъехали, пока Кинг не сказал:

– Еще раз спасибо, Раш. Я позвоню тебе завтра.