Отчаяние в его голосе заставило меня остановиться на достаточное время, чтобы осознать пару вещей. Во-первых, его хватка на моем затылке была почти болезненной. Во-вторых, он прижался своим лбом к моему. И, наконец, его дыхание было прерывистым.

Как и мое.

Он хотел этого. Он хотел этого так же сильно, как и я.

Тогда почему он удивился, когда я…

– Кристофер, неужели никто никогда...

Прежде чем я успел договорить, Кристофер отпустил меня и попытался отодвинуться на некоторое расстояние. Если бы я не обхватил его за предплечье, он, вероятно, встал бы с кровати и ушел. Из комнаты улетучилась каждая капля возбуждения.

– Кристофер…

– Я не девственник, - перебил Кристофер. Его глаза были опущены, и я практически ощущал, как от него веет стыдом.
– Он… он просто никогда не хотел целовать меня.

Я пытался понять, о чем он говорит. Значит, у него и раньше был секс, но партнер ни разу не поцеловал его в губы? Как такое вообще возможно? Если только это не было случайной связью. Но я нутром чуял, что Кристофер не из тех, с кем можно просто перепихнуться.

Должно быть, я слишком долго молчал, потому что Кристофер попытался отстраниться от меня. Вместо того, чтобы отпустить, я притянул его ближе. Неудивительно, что он начал сопротивляться, но я знал, это потому, что он был смущен.

– Отпусти!
– Нетерпеливо оборвал Кристофер.

Я положил руку ему на затылок и стал поглаживать большим пальцем его нежную кожу.

– Остановись, - приказал я, когда он продолжил бороться со мной.
– Кристофер, просто остановись, - тихо повторил я.

Он сделал это, но все его тело было напряжено.

Готов воспользоваться любой возможностью, чтобы сбежать.

Я закрыл глаза и прижал наши лбы друг к другу, как это было до того, как все развалилось.

– Кристофер, не мог бы ты...
– Начал я, но тут в животе все сжалось в комок. Что, если я потеряю его до того, как он по-настоящему появится у меня?

К моему удивлению, Кристофер больше не пытался отстраниться. Я сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Я открыл глаза и отстранился достаточно, чтобы увидеть, что Кристофер наблюдает за мной. Он выглядел так, словно пытался решить, остаться или сбежать.

– Кристофер, позволишь мне быть у тебя первым?

Я увидел в его глазах тот самый момент, когда он понял, о чем я прошу. На мгновение они широко раскрылись, затем расслабились. Все его тело расслабилось в моих объятиях, и ни одна его клеточка не сопротивлялась мне. Я обхватил его свободной рукой за талию, притягивая к себе так, что наши торсы почти соприкасались. Я должен был бы радоваться, что на нем футболка и спортивные штаны, а я полностью одет, но отсутствие контакта кожи с кожей раздражало меня. Если это мой единственный шанс попробовать его на вкус, прикоснуться к нему, я не хотел упускать его.

Но мне нужно было поговорить о Кристофере. О том, в чем он нуждался, чего заслуживал.

Вместо того, чтобы снова накрыть губы Кристофера своими, я наклонился и коснулся его носа своим, вдыхая его запах.

– Апельсины, - пробормотал я, наклонившись достаточно низко, чтобы поцеловать его в левый уголок рта.
– Мои любимые, - добавил я, проводя губами по подбородку Кристофера, затем по шее.

Кристофер запрокинул голову, чтобы мне было удобнее.

– Я, эм, обычно беру...

Его слова сменились судорожным вздохом, когда я сомкнул губы на пульсирующей точке и нежно пососал. Только когда вернулся к его рту, я напомнил ему о том, что он собирался сказать.

– Обычно ты берешь...?

Обе руки Кристофера теперь обвивались вокруг моей шеи, и он почти оседлал одно из моих бедер, так что я мог чувствовать легкую дрожь, пробегавшую по всему его телу.

– Хм?

Я опустил руку, которой обнимал его за талию, чтобы поддержать за бедро. Но только когда я перестал целовать его, Кристофер открыл глаза, в которых читались разочарование и замешательство.

– Обычно ты берешь...?
– подтолкнул я его.

Его реакция до сих пор доказывала, каким страстным любовником он был. Настолько потеряться уже после нескольких прикосновений… он не смог бы ничего скрыть от меня, когда бы мы занимались любовью.

Разумная часть мозга напомнила мне, что нужно сосредоточиться на настоящем, а не на том, чего, возможно, никогда не будет. Какими бы сильными ни были мои чувства к Кристоферу, я еще многого о нем не знал и понятия не имел, захочет ли он меня после первого поцелуя.

– Лимонный, - нетерпеливо сказал Кристофер. Его здоровая рука коснулась моей щеки.
– Обычно я покупаю лимонный гель для тела, но в магазине его не оказалось. Я... я могу продолжать пользоваться апельсиновым, - нерешительно сказал он.

Мне удалось не улыбнуться его нервному заявлению. Вместо этого я поцеловал его в другой уголок рта.

– Милый, не имеет значения, какой ты купишь, - сказал я, дразня складку, где сходились его губы.
– Пока он на этом прекрасном теле, - продолжил я, скользя рукой по его стройному бедру, - он будет моим любимым.