Прищепкин пожал плечами и повернул ключ в замке зажигания. Медленно тронулся с места, объехал круг. Еще?.. Хватит! По газам! Авось и они в поимке поучаствуют!

Между тем бандитская «шестерка» полетела в сторону лесопарка им. 50-летия Октября.

Смеркалось, еще каких-то полчаса и станет темно. Это обстоятельство было весьма чревато. Генерал закурил двадцатипятидолларовую сигару. (Стоит ли говорить, что у генерала также была аллергия и на отечественные сорта табачных изделий?)

— «Осина», «Клен», «Сосна», я «Мавзолей». Все меня слышат? Прием.

— Я «Осина», вас слышу.

— Я «Клен», вас слышу.

— Я «Сосна», вас слышу.

— Приступить к завершающей стадии операции «Ухват»! Стрелять только по колесам — в автомобиле преступников заложник!

— Есть приступить к завершающей стадии операции «Ухват»!

— «Самшит», «Самшит», я «Мавзолей». Как слышите? Прием.

— «Мавзолей», я «Самшит». Слышимость нормальная.

— Срочно растяните «ежа» на въезде в лесопарк.

«Еж» — это такая стальная лента с шипами, предназначенными для колес авто граждан, которые чересчур увлекаются игрой в догонялки и не желают знать, что бензин у милиции лимитирован.

«Осина» понесся навстречу бандитам, «Клен» и «Сосна» — им вслед. Что оставалось делать преступникам? Правильно, съехать с проспекта на пешую прогулочную дорожку вдоль канала, который уныло нес свои мутные воды рядом с границами лесопарка. Преступников явно влек к себе этот сосновый оазис. В нем-то ночь уже наступила.

Взвизгивая резиной на повороте, «Клен», «Сосна» и «Осина» друг за другом также влетели на дорожку. А бежевый «жигуль», уже добравшись до границы лесопарка, затормозил. Преступники с Болтутем на буксире нырнули в темноту между деревьев.

— Стойте, не то стреляю! — заорал вслед немного опередивший коллег «Осина» и действительно пальнул. Но вверх, так как боялся нечаянно попасть в Болтутя.

— Бараны! Мать вашу! — заорал в открытый эфир «Граб», который попытался въехать в лесопарк с «парадного» и, естественно, налетел на растянутого нарядом «Самшита» «ежа».

«Обезноженный» «козел», несколько раз по-лягушачьи подпрыгнув, уже на излете ткнулся бампером в старую березу и замер. «Грабари» высыпали из салона.

Вот к лесопарку подлетела уже и команда Прищепки-на. Оказавшись в родной стихии, Витя-радиоспортсмен сориентировался мгновенно. Прижимая к ушам наушники, он уверенно рванул в темноту.

А менты к лесопарку все подъезжали и подъезжали. Топот ног, прыжки световых «зайцев», крики. Однако территория насаждений была велика, вечер безлунен.

— Как бы служивые по темнухе друг друга не перестреляли! — сжалось сердце у служаки Собынича.

— Вот черт! Туда бы собак! — сокрушался генерал Василевский, не глядя откупоривая третью бутылку виски.

Вслед за Витьком, продираясь через кустарник, Прищепкин заслышал расчихивание несильного мотора, а затем все ускоряющийся шелестящий посвист вертолетных лопастей. Это была «стрекоза на лыжах», маленький вертолетик КА-26, взлетевший с поляны вместе с преступниками, Болтутем и дипломатом с валютой!

— Стоять! — закричал Прищепкин стальной «стрекозе» и пульнул ей в брюхо заряд перца.

— Опускайся, сволочь! — присоединился к шефу Холо-динец и добавил из газового.

Когда на поляну выскочили «Осина», «Орешник», «Дуб» и кто-то еще, «стрекоза» была уже высоко; так как габаритные огни отсутствовали, то это можно было определить только на слух.

Василевский чуть не подавился кубиком льда.

— Как улетели?! На чем улетели?! Какой еще вертолет?! Там не должно было быть никакого вертолета!!!

Команда Прищепкина бегом вернулась в машину и через минут десять его «восьмерка», следуя командам «штурмана» Витька, уже неслась мимо последнего городского поста милиции.

— Будем просить помощи у «Мавзолея»?

— Вряд ли тому понравится, что инициатива оказалась в наших руках, — проворчал Прищепкин. — Да и пеленгатора он нам не простит. Пока попробуем обойтись без него.

Между тем Василевский в штабе совсем взбесился: орал, метался. Что делать?!

— Может, позвонить в ПВО?

— Да не возьмет локатор «стрекозку»: малая совсем, летит, наверно, низко, — рассудил Собынич. — Если хотя бы знать, куда она направилась?

Об этом мог догадываться только Прищепкин. «Стрекозка» сначала летела параллельно московскому шоссе, затем взяла вправо. К песчаным карьерам?

Прищепкин свернул на проселок. Вероятно, шоссе служило им в качестве ориентира. А что если в районе карьеров у них был спрятан автомобиль, на который бандиты рассчитывали пересесть? Вряд ли они уютно чувствовали себя в воздухе: Василевскому ничего не стоит и ночью поднять на ноги весь район, даже область. И нельзя давать ему на это время. Иначе за каждым кустом вдруг окажется по «аниськину». На земле же им раствориться в темноте будет гораздо проще: их машину никто не знает, лиц никто не видел. Значит, остается одно — приземляться!