Юрочка и понятия не имел, зато Прищепкин и Холо-динец знали: питомник, в котором криминалы выращивали для своих «производственных нужд» пушечное мясо. Федерацию уголовники-то и основали. И, естественно, берегли ее «честь мундира». Поэтому заложниками криминалитета, в случае умыкания денег, автоматически стали бы семьи Федотко и Захаревича, их родители. У болгар не было оснований бояться за сохранность капитала.

— Ну что, пусть звонят? — спросил мнение коллег Прищепкин.

— Минуточку, минуточку, — переполошился Болтуть. — А болгары Артема не убьют как лишнего свидетеля?

— Вы можете нам не верить, — с достоинством ответил Захаревич, — но нас тоже волновал этот вопрос. Будьте уверены, болгарские братки русского мальчишку пальцем не тронут. Вопрос чести.

— Но ведь именно палец-то они ему и отрезали! — возмутился Михаил Викторович.

— А вы его без пальца видели? — озадачил директора Федотко.

— Ну что, пусть звонят? Чего тянуть?

— Георгий Иванович, давайте все делать без спешки, — всполошился Швед. — Можно вас на минутку?

Он завел Прищепкина на кухню и, округлив глаза, брызгая слюной, горячо зашептал:

— Жора, почему ты так доверчив? Ведь названный ими пароль может иметь и совершенно другое значение.

— Запросто, — согласился Прищепкин. — Однако ведь Федотко и Захаревич остаются в наших руках, без нашего ведома под залог никто их не выпустит.

— Всяко еще повернуться может.

— Вещать, словно ворон на суку, любой горазд. Конечно, намного проще и надежнее было бы получить у них информацию через «пресс-хату». Но ты, Саня, подумал о такой детали: останутся ли эти ребята людьми после того, как их там заставят дерьмо жрать? Нужна ли нам информация, добытая такой ценой?

Швед пожал плечами:

— Ладно, как хочешь.

Федотко набрал номер Гроздана. И хотя было около двух ночи, тот сразу же взял трубку. Не спал, сволочь, ждал.

— Обязательно дам телеграмму! Но вы с Мишей собирайтесь на Солнечный Берег. Погода отличная, море — парное молоко, — радостно ответил Гроздан с заметным болгарским акцентом. — Для вас будет забронирован номер в отеле «Янтра». Только зайдите перед тем на офис к нашим общим друзьям.

— Вместе с юбиляром приезжать? — переспросил Федотко.

— Именно, — внушительно подтвердили из Болгарии. — Купайтесь, загорайте и ни о чем не думайте. Когда будет нужно, я сам позвоню.

— Шеф, что намереваешься делать? — позевывая, спросил Юрочка.

— С Бисквитом, Болтутем и тем же Федотко лететь в Болгарию, — ответил Прищепкин. — Постарайся с утра взять нам билеты на ближайшее число.

— А почему именно с Бисквитом? — заревновал Холо-динец.

— Да, почему? Ведь он только вчера из-за границы приехал, — с нехорошей, выражающей совсем уж низменное чувство интонацией спросил Швед.

— А разве вы сами не чувствуете, что без махаловки точку в этом деле поставить не удастся?

— Факт, — баском подтвердил правоту шефа Юрочка.

— Наверно, — согласился Холодинец.

— Ну и хорошо, вот и поехали все скопом Гроздана мочить, — не сдавался Швед.

— Во-первых, вы мне можете понадобиться здесь; во-вторых, вы же где-то еще и работаете, верно?

— У меня как раз отпуск наклевывается, — никак не хотел расставаться с надеждой поваляться на пляже Швед.

— Ладно, раз тебе отпуска не жалко, поехали, пригодишься, — согласился Прищепкин и обратился к Холодинцу: — Отвези Захаревича в свое отделение. Пусть хоть один из банды под замком посидит.

— Наш авиалайнер приземляется в аэропорту города Бургас. Просьба: всем оставаться на местах до подачи трапа, — заученным голосом объявляла стюардесса по радио. — Температура воздуха за бортом плюс двадцать пять градусов, влажность — семьдесят восемь процентов.

— Это очень сухо, — сунулся Швед к Георгию с комментариями. — Поэтому и жарко не покажется. Самый класс!

Вот самолет, словно брошенный по поверхности воды плоский камешек, запрыгал по бетонным плитам взлетно-посадочной полосы. Все мельче, мельче прыжки… Замолотили шасси по стыкам. Приземлились?.. А ведь точно приземлились! И живые, и за границей!

— До прохождения таможенного и пограничного контроля от группы не отходить! Экипаж авиалайнера желает всем приятного отдыха! — прозвучало последнее объявление.

Пассажиры, словно надеясь увидеть какое-то чудо, прильнули к иллюминаторам. Курица — не птица, Болгария — не заграница! Забыли? Оно и верно, столь же много нового они бы могли открыть для себя в аэропорту степного города Волгограда: и слева, и справа самолеты российских авиалиний, пыль, солнце и очень-очень русские скуластые лица грузчиков, подкативших к борту на желтой нелепой электротележке для выгрузки багажа.