— Это квалифицировали как несчастный случай, да, и завод после этого закрыли. Но, но, но... — Роза кивнула Асаду, и тот вывел на экран следующее фото. Это был крупный план двух отрубленных кистей, лежащих на каких-то опилках прямо за станком.

Позади них раздался грохот. Это Гордон треснулся головой о стол, напрочь отключившись, но дышал он нормально. Стало быть, на какое-то время о нём можно было не беспокоиться.

— Ты говоришь «но» — разве это что-то меняет? Угол, под которым лежат руки? Думаете, их передвинули?

— Нет, Карл, техники с большой вероятностью установили, что нет. Угол и сила удара, скорее всего, и привели к тому, что отрубленные кисти упали именно на это место на полу. Но то, что на первый взгляд кажется опилками, на самом деле поваренная соль.

Соль! По спине Карла пробежали мурашки.

— Немедленно позови сюда Маркуса, — сказал он Асаду. — А ты, Роза, можешь начинать заполнять остальные колонки.

Он потёр подбородок. 1988, 1998, 2002. Если здесь не орудует серийный убийца — тогда пусть его самого зовут Гурли Маргрете [14] или как там ещё чёрт возьми захочется.

* *

Асад проверил номер дома и припарковал служебную машину на подъездной дорожке перед совсем маленьким и очень простым домиком из газобетона. Наверняка один из тех, что лепили за две недели где-нибудь в шестидесятых, когда даже простой рабочий мог позволить себе переехать в пригород. Он сделал фото — примерно такой дом он и сам не прочь был бы построить. «Интересно, сколько он стоит?» — подумал он, когда дверь открыл человек с ярко-рыжими волосами.

На стол поставили необычайно сладкие пирожные, от которых сердце Асада растаяло в чистой ностальгии, и Юрек Ясинский, бывший мастер на предприятии Олега Дудека, был готов к разговору.

— Я много раз предупреждал Дудека и говорил, что уеду домой, если он не наведет порядок, — сказал он на хорошем датском, но с польским акцентом, на фоне которого речь Асада казалась изысканно-столичной.

— Но он не желал слушать. А вы знаете, что означает «Дудек»?

Асад покачал головой. Неужели он думал, что все иммигранты знают польский?

— Иронично, но Дудек означает «защитник народа», а он был от этого чертовски далек. — Его смех был таким взрывным, что Асад чуть не поперхнулся куском пирожного.

— У меня есть несколько вопросов, на которые вам нужно ответить кратко, хорошо?

— Стреляй! — ответил парень, выхватив воображаемый пистолет из кобуры на бедре и выстрелив. Он подул на кончик пальца и заулыбался до ушей. Асад никак не мог угнаться за таким настроением.

— Что за тип был этот Дудек? — был первый вопрос Асада.

— Тип? — Он немного подумал. — Наверное, как гранитная глыба. Юмора — ноль, зато обидчив до крайности, вспыльчив и очень силён. Вы что-то в этом роде имели в виду?

— Да нет, я скорее о том, как и почему всё случилось. Можно ли предположить, что кто-то заставил его сделать то, что он сделал?

Он рассмеялся. — Ну, это должен был быть настоящий амбал, чтобы провернуть такое.

— Ему могли угрожать чем угодно. Пулей в голову?

— Я ведь не могу на это ответить, так? Меня там не было, если вы на это намекаете.

Асад покачал головой. — Нет, но был ли Олег Дудек из тех, кто может совершить самоубийство? — Наводящие вопросы редко проходят в суде, но в реальной жизни они работают неплохо.

Тот пожал плечами. — А разве он сделал не это? Никогда не знаешь, что взбредет в голову такому типу. Если Дудек не получал своего, он любил устраивать драму.

— Понятно. Но способ — отрубить себе руки? Он мог на это пойти?

К удивлению, тот снова начал смеяться.

— Дудек был крутым и жестоким. Бывший военный и боксер. К сожалению, это иногда было видно по лицу его жены.

— Значит, вы в это верите?

Он снова пожал плечами.

— Как вообще такое могло случиться? — продолжал Асад. — Он снял какую-то деталь со станка, которая могла бы этому помешать?

Он подался вперёд, к Асаду. — Вы должны понять одну вещь, господин полицейский. Все станки были старым дерьмом из Прибалтики. Если они ломались — ну, так тому и быть. А тот пресс был смертельно опасен. Одному из парней из Пакистана на нем отрубило пальцы на одной руке. — Он показал как, проведя ребром ладони по костяшкам пальцев.

— Тот случай стоил Дудеку огромного штрафа. Но, слава богу, мой помощник среагировал мгновенно: сунул пальцы в рот и держал их там, пока беднягу не довезли до больницы. Пальцы стали не такими подвижными, как раньше, но он их хотя бы сохранил.