– В нашей истории, как в любом хорошем сюжете, есть антагонист. Что мы знаем про этого гада?

– Я бы не звала его гадом, - возразила Беатрис.
– Антагонист – это сюжетная роль, а не моральная оценка.

– Поумничали? Насладились?

– На первое время…

– Тогда займемся антагонистом. Вот что нам известно. Первое: он прислал угрозу доктору Хуанесу. “Я знаю, что вы сделали. Будет расплата”. Что именно сделал доктор? Если верить словам дона Карлоса – а он выпил столько, что вполне можно поверить, - доктор Хуанес много болтал. Сложим мать с отцом, получим вывод: Хуанес разболтал тайну антагониста, за что и поплатился.

– Согласна, что разболтал тайну. Но поплатился ли? Я не уверена, что доктор убит.

Альваро кивнул:

– Второй пункт - загадочная смерть Хуанеса. Я изучил вопрос о ядах. Заботливый Фернан подсунул мне целый справочник, в нем сотни токсинов… и доктора не могли убить ни одним из них. Есть быстрые и медленные яды – ни те, ни другие не подходят. Быстрые приводят к параличу дыхания или сердечной мышцы, человек умирает в считанные минуты. Но за минуты до смерти рядом с доктором была только вдова! Сложно поверить, что она – безумный злодей, способный убивать на белой земле. К тому же, глупо – слать мужу угрозы: это и предупреждение для него, и улика для следствия.

– А медленные яды?..

– Действуют в течение нескольких часов, а то и дней. Вызывают очевидные симптомы пищевого отравления: тошноту, боль в животе, расстройство желудка. Вдова и дворецкий заметили бы это. А сам Хуанес понял бы, что отравлен, и помчал за помощью в больницу.

– Вы говорили, что вечером у доктора подскочило давление, и он выпил бальзама для понижения. Что, если кто-нибудь заранее подмешал в бальзам быстрого яда?

– Он принимал этот бальзам ежедневно, а в день смерти – несколько раз. Заранее подмешать не могли, только прямо перед последним приемом.

– Значит, Хуанес умер своей смертью!

Рев тяжелого парового грузовика помешал разговору, а дорогу затянуло черными клубами дыма. Беатрис обогнала это чудовище, тогда Альваро сказал:

– Гарсию Хуанеса убили. Мы просто не знаем, как.

– Отчего вы так уверены?

– Слушайте дальше – поймете. Третий поступок антагониста: он решил заставить меня бросить книгу. Сначала прислал угрозу и отрезанный палец, затем напал… - Альваро прижал к животу ноющую руку.
– Что встревожило антагониста в моей книге? Напомню: мои герои – пять известных людей, о которых писано уже не раз. Доселе никто не нападал на авторов, значит, в моей книге есть нечто новое – и опасное для антагониста. Смерть Хуанеса – что же еще?

Беатрис не нашла возражений, но и соглашаться не хотела. Вместо ответа сменила тему:

– Вы видели нападавшего? Как он выглядел?

Альваро вздохнул:

– Было темно, он стоял спиной к свету, а я был изрядно пьян… Могу сказать немногое. Он – высокий и сильный мужчина, опытный в драках. Он не молод, и говорит как-то странно: не то хрипит, не то скрежещет.

– Акцент? Вот такой?

Она издала серию свистяще-каркающих звуков.

– Тысяча чертей! Это по-дангарски, что ли?

– Именно. “Меня зовут Беатрис, я стану великим писателем”.

– Вы знаете дангарский?!

Она поколебалась и с трудом поборола соблазн соврать:

– Только пару фраз...

– У вас слишком нежный голос, нельзя сравнить с тем типом. Но я уже подумывал: не дангарец ли он?

– Дангарцы пугают генерала Дезерея, - напомнила Беатрис.
– Генерал считает, что они готовят нападение. В Лаэрте могут действовать их шпионы.

– Дангарский шпион – хорошая версия, - подхватил да Силва.
– Он воспитан в другой морали и может убивать в белой земле! Умнее с его стороны было бы этого не делать: ведь белое убийство наведет сыщиков на мысль об иностранце. Но если он сумел скрыть сам факт преступления – например, замаскировал под разрыв сердца…

– То все равно неясно, зачем он убил Хуанеса. Генерала или оружейника – это я бы поняла. Но доктор-то чем помешал кайзеру?

– Здесь мы подходим к интересному… и к месту поворота. Вон у той мельницы – направо.

Беатрис юркнула в щель между двух телег и легко вписалась в поворот. Машина затряслась на сельской грунтовке.

– Отлично водите, - похвалил да Силва.

– Наконец-то оценили!

– Оценил сразу, как захотел сбросить хвост.

Альваро ежеминутно поглядывал в зеркало. Он не верил в способность злодея догнать Беатрис на ее “Эсперанце”, но все же контролировал ситуацию. Никаких подозрительных машин в поле зрения не наблюдалось.

– Последнее деяние антагониста: пропажа доньи Изабель. Дон Карлос эль Нинья водил жену на выставку картин (верней, она его водила – не суть важно). После выставки они решили прогуляться. Некий хулиган отвлек эль Нинью, а тем временем жену бросили в черную карету и увезли. С тех пор дон Карлос ее не видел.

– Выставка – это была “Философия ужаса”?

– Да, но какая разница? Просто модная экспозиция в галерее Элисте, многие туда ходят. Дон Филиппе, например, приглашал меня… Важно другое: Изабель похитили на белой земле! И здесь, в отличие от убийства Хуанеса, у дангарца есть мотив. Теперь шпион может шантажировать эль Нинью, а это, как ни крути, пиратский барон. У него – и боевые корабли, и маршруты контрабанды, и знакомства с важными людьми… Словом, шантаж может многое дать шпиону. Я даже подозреваю: палец, присланный мне, - это палец Изабель. Шпион догадался, что я пойду к эль Нинье, и передал ему привет.