Шрифт:
– Ну, – Богдан поднимает бокал. – Давайте. За нас. Сидим как в старые добрые времена. Только теперь и Арише тоже можно
Арише, так-то, и тогда было можно – у меня одноклассницы вовсю уже пробовали. Это я такая правильная, то до сих пор не особо.
Три бокала соприкасаются на столе. Я медлю, первым пробует Сашка. Зажмуривается.
– Вкуснота! И водка совсем не чувствуется.
– Я слабенький сделал, – Богдан смотрит почему-то на меня. И под его взглядом я осторожно пробую. Сашка прав. Вкусно. И водка совсем не чувствуется.
– Давай, до дна, – подталкивает мой локоть Богдан.
– Тут много!
– А иначе не будет нужного эффекта.
– Какого?
– Выпьешь – узнаешь.
И я выпиваю. Медленно, смакуя. Это и в самом деле вкусно. Просто вкусно – и все. И совсем не крепко.
Богдан следует моему примеру.
– Ну как вам «Северное сияние»?
– Красота! – отвечает за нас двоих Сашка. – Повтори.
Богдан снова смешивает коктейль. А я любуюсь им. На Богдане темно-синие джинсы, белая футболка. Вечная классика. Которая идеально смотрится на таких широких плечах и… О-о-о-о-о, тогда, в шестнадцать, я была слишком скромной, чтобы засматриваться на эту часть мужского тела. Я сегодняшняя откровенно пялится на два накладных кармана из темно-синей джинсы. И то, что они облекают. М-м-м-м-м, как аппетитно…
Мамочки… Кажется, я напилась… С одного бокала «Северного сияния»?! Это вот такой от него эффект?!
В одну руку мне суют следующий сиятельный бокал, а другую – бутерброд. Ну и ладно. Теперь я взрослая. Теперь я совершеннолетняя. И имею право напиться.
Хотя не планировала.
– Ну, и снова за нас! – в этот раз тостующий Сашка. – И правда, будто время назад повернулось. Давай, Бо, расскажи толком, как ты жил все это время? А то все отмалчивался больше.
– Да так, – Богдан пожимает плечами, крутит в руках бокал. – Ничего особенного. Работал. Ты лучше расскажи, что новенького в технологии придумали? Над чем сейчас работаешь?
Эй, мы так не договаривались! Но Сашку уже не остановить, будто и не пил вовсе! И я тону в умных словах, сложных терминах – будто и не по-русски говорят. Сейчас я остро ощущаю, что они сильно умнее меня – и мой брат, и его друг. Они понимают и разбираются в таких вещах, они говорят о таком… Я в их разговоре понимаю только предлоги!
Мой уровень – это автомеханик Руслан. Хотя, когда и его заносит – я тоже понимаю только предлоги. Это в моих тортах понимать ничего не надо – сиди и жри.
– Все, Сань, хватит – у нас Арина заскучала.
Сашка замолкает на полуслове. А я умиляюсь. Богдан всегда относился к тому, чем я занимаюсь, серьезнее всех! Интересовался моими делами, слушал. И теперь тоже. Ничего не изменилось. Ни-че-го.
Кроме его лица.
Протягиваю руку и провожу рукой по заросшей щеке.
– Расскажи лучше, зачем ты бороду отрастил?
Мы снова замираем. Богдан смотрит мне в глаза. Я пытаюсь понять, мне нравится вот это чуть колючее и, одновременно, мягкое, под рукой? Какое интересное ощущение…
– Хочешь, побреюсь к Сашиной свадьбе?
– Хочу! – вместо меня громко отвечает брат. – А то ты будто мой дядя. Давай, бармен, работай. Пора переходить к тяжелой артиллерии! Хватит с нас «Северного сияния».
Я резко одергиваю руку. Богдан провожает ее взглядом, и я прячу руку под стол. Он медленно моргает, поворачивается к Сашке.
– Следующим пунктом программы у нас значится «Ермак Тимофеевич».
– Покорение Сибири?
– Оно самое, – поворачивается ко мне. – Ариш, у тебя нет, случайно, трюфельного масла?
Случайно?! Вы в курсе, сколько оно стоит – если натуральное? Богдан кивает:
– Ладно, понял, обойдемся ликером. Куда ты убрала джин и вермут?
Я встаю. И понимаю, что вот он, догнал меня – эффект от «Северного сияния»! Голова кружится, в ногах неуверенно. И ко всему прочему я зачем-то гладила Богдана по щеке!
– Ты просто скажи, где? – Богдан внимательно смотрит на меня. – Я сам возьму.
Я милостиво и щедро махаю рукой в сторону шкафа, нажимаю на ручку балконной двери.
– Ты куда?! – это они спрашивают хором.
– На балкон. Подышать свежим воздухом.
– Балкон не закрывай. Чтобы мы тебя видели.
Они что, думают, что я сигану вниз? Давлю приступ дурацкого смеха.
Какое же коварное это «Северное сияние». Если залпом. И какая все-таки приятная бородатая щека под ладонью. Зачем я вообще это сделала?! И все-таки жаль будет, если в правду сбреет… Да ну, глупость. Что, из-за моей пьяной просьбы Богдан реально побреется? Может, его женщине борода нравится.