Ему явно не нравились мои растянутые спортивные штаны и коричневая футболка, которую я привезла из летнего лагеря, когда мне было двенадцать. Ладно, признаю, к шестнадцати она стала мне маловата, но мне было все равно. Мне уже двадцать один, и я все ещё носила её, когда могла. Это напоминало мне о том лете, когда я, наконец, вырвалась из того ада.

— Ну же, Лиза, медвежонок, — взмолился он. — Это будет весело. Ты же устала сидеть в четырех стенах. Каждый день одно и то же: еда, рисование, живопись, сон. Тебе это не надоело?

— Не особо.

Его карие глаза пробежалась по мне, и он ухмыльнулся.

— Думаю, я понял, в чем дело.

Отец отложил вилку, убрал за ухо прядь идеально подстриженных светлых волос. У нас был один и тот же платиновый оттенок, но моя бледная кожа делала его еще ярче. Как-то он пошутил, что я легко могла бы сойти за альбиноса, если бы мои ресницы и брови были немного светлее.

Но ему это шло. Он считал себя «горячим», и я с этим соглашалась. Он каждый день занимался спортом, у него были белоснежные зубы, а волосы, аккуратно зачёсанные назад, едва касались плеч. В отличие от меня, он разбирался в моде, что, честно говоря, было немного унизительно.

— О чем ты? — спросила я, когда он скрестил руки на груди.

— Дело в Гейдже, да?

От одного упоминания его имени я тут же отвела взгляд.

— В каком смысле?

— Я замечаю, как ты едва ли не бегом несешься в свою комнату, когда он приходит на репетиции. Ты ведешь себя как маленькая девочка.

— Это неправда! — я показала ему язык, а он засмеялся. — К тому же, они были тут всего два раза.

Я улыбнулась, встала из-за стола, взяла свою тарелку и взяла ее с собой. После чего направилась на кухню. Наш дом был уютным и довольно простым, а кухня всегда оставалась в идеальном порядке. Бежевые мраморные столешницы с серыми и серебристыми вкраплениями, темно-коричневые шкафчики с никелированными ручками, а в центре — остров, окруженный шестью барными стульями.

Я помню, как Гейдж сидел на одном из них, и с тех пор я к нему не прикасалась. В его присутствии было что-то такое, что заставляло меня нервничать.

— Ты правда не поедешь со мной, Лиза? — спросил отец, зайдя на кухню, пока я ставила тарелки в раковину. — Я хочу, чтобы ты выбралась из дома. Тебе двадцать один, а ты каждый год проводишь лето взаперти. Разве не пора, наконец, пожить по-настоящему?

— Прости, пап...

— Бен, — поправил он. Единственная вещь, которую он терпеть не мог, когда я называла его «папой». Говорил, что это заставляло его чувствовать себя старым. Он предпочитал, чтобы его воспринимали скорее как старшего брата, чем отца.

— Ну ладно, Бен, — я закатила глаза, вставив пробку в раковину. — Думаю, тур с 9-ю Грешниками — не лучшая идея. Это же просто кучка парней в автобусе, которые пьют пиво и занимаются Бог знает чем ещё. Это не моя компания.

— А какая твоя? — он прищурился и облокотился на столешницу.

— Я сама себе компания, — подмигнула я, бросив на него взгляд через плечо. Он рассмеялся, пока я смывала мыльную пену с тарелок и ставила их в сушилку.

— Ладно, давай заключим сделку, — он хлопнул в ладони. — Если я подарю тебе сертификат в книжный магазин, куплю классную одежду и отведу в салон, ты поедешь?

Я пожала плечами.

— Мне нравится идея с книжным. А вот одежда и причёска — это скорее минусы.

— Вот, черт! — выдохнул он. — Ну хорошо, ты можешь взять столько книг, сколько захочешь. Только поехали, Элиза. Обещаю, тебе понравится. Мы будем делать кучу остановок, так что ты не заскучаешь. В конце концов, в Вирджинии все равно нечем заняться, ты же знаешь.

Тут он был прав. В Саффолке развлечения быстро заканчивались, если только кто-то не устраивал вечеринку. Но вечеринки — это не мое. Да и вообще, ничего не мое. Я так редко выходила из дома, что, кажется, пропустила большую часть подростковых развлечений. Даже в колледже всё, что я делала, — это ходила на пары или пряталась в своей комнате. Соседка была ещё той оторвой, так что мы практически не виделись. И это было даже к лучшему — я её терпеть не могла.

— Ладно. — Я тяжело вздохнула под пристальным взглядом его карих глаз. — Я поеду. Но только не в одном автобусе с группой.

— О, дорогая, конечно нет! — он обошел стойку и встал рядом со мной. — Ты будешь в отдельном автобусе со мной. У тебя будет столько личного пространства, сколько захочешь. Я бы никогда не посадил тебя в автобус с кучей таких парней. Это просто… фу. Брр. Знаешь, что они творят? Ужас.

— Ладно, ладно! — я рассмеялась, подняв руки в знак капитуляции. — Я еду. В конце концов, мне нравится их музыка. И будет прикольно смотреть, как за окном проносятся города. Может, даже сделаю пару снимков. Почему бы и нет?

— Вот это моя Лиза! — он чмокнул меня в щёку, а потом крепко обнял. Я быстро ответила на объятие и снова повернулась к раковине.

— Завтра идем за покупками!

— Круто.

Спустя несколько секунд раздался дверной звонок, и Бен ухмыльнулся, вытирая руки о свою персиковую рубашку на пуговицах.

— О, отлично. Парни пришли.

Я нахмурилась, выглядывая из кухни.

— Парни?

— Да. 9 Грешников. Они сегодня репетируют в гараже, потому что их продюсер уехал из города. У них новая песня, и я просто умираю от любопытства. Преимущества работы менеджера, знаешь ли.