Он усмехнулся и уперся ладонями в колени, наклоняясь.

— Большинство из нас позже идут на вечеринку. Я знаю, как ты ненавидишь вечеринки и… ну… я буду тусоваться с той горячей цыпочкой до конца вечера. — Он оттопырил большой палец назад, и я взглянула, увидев мисс бикини, стоящую в нескольких футах с полотенцем на плече. — Может, тебе стоит позвонить Бену и попросить, чтобы тебя забрали обратно в автобус.

Я кивнула, потому что автобус звучал для моих ушей как рай, по сравнению с вечеринкой.

— Да. Так и сделаю.

— Отлично. — Он вздохнул, выпрямляясь.

— Спокойной ночи, мисс Элиза!

Я помахала ему, смеясь над его беспечностью. Монтана был милым, но когда у него имелись планы, он не любил, чтобы его сдерживали. Я не могла его винить. Он жил своей жизнью и делал то, что хотел. Я никогда не была той, кто мешал другим, так что у меня не было проблем с его побегом.

После звонка Бену и поспешного ухода на парковку в ожидании машины, я вздохнула и села на бордюр, упершись ладонями в бетон позади себя. Кто-то прочистил горло сзади, и я оглянулась через плечо. В поле зрения появился Гейдж с блондинкой из торгового центра и брюнеткой, с которой он катался на гидроцикле.

— Без свидания? — спросил он, усмехаясь.

Я показала ему средний палец и отвернулась. У меня больше не было настроения для него.

Гейдж усмехнулся, проходя вперед со шлюхами. Он прильнул к шее брюнетки, пока они подходили к грузовику. Она отвратительно хихикнула, и когда девушки залезли внутрь перед ним, он шлепнул их по задницам, и они взвизгнули от возбуждения.

Я закатила глаза, отводя взгляд. Он был поистине отвратителен.

Двери захлопнулись, и грузовик развернулся, чтобы выехать с парковки. Проезжая мимо, Гейдж подмигнул мне, сделал губы бантиком, а затем крикнул:

— Не затягивай, милая Элли! — я снова показала ему средний палец, и как только они скрылись из виду, подъехала моя машина. Я тяжело вздохнула, готовая к тому, чтобы этот вечер просто закончился.

Неподходящий момент

На следующую ночь у парней был концерт, и, конечно, они снова выступили на ура. Потрясающе, прекрасно и захватывающе, как всегда. Меня бесило, что Гейдж мог петь так красиво, но при этом обладал одной из самых отвратительных и самодовольных натур. Не знаю почему, но меня раздражало, что я снова вспыхнула из-за него как спичка сразу после катания на гидроцикле.

Это было уже два раза подряд, и каждый раз я выглядела полной дурой. Он знал, что мог со мной сделать одним прикосновением, как слабой я могла стать.

Уф.

Это раздражало меня. Это волновало меня.

Это бесило меня. Это завораживало меня.

Это было полностью пленительно, но я знала, что должна держаться на расстоянии. Он не для меня. Поскольку ожидал, что я стану одной из многих шлюх у него на руках. Эм… вряд ли. Никогда. В отличие от них, у меня имелись гордость и достоинство.

После окончания шоу несколько девушек ворвались за кулисы, взявшись под руки и ожидая, когда парни выйдут из своих гримерок, чтобы просто встретиться с ними. Сидя на диване у стены, я не могла не наблюдать за ними. Они хихикали… очень много. И слишком жаждали увидеть парней и даже фотографировались друг с другом, высунув языки, пока ждали.

Я задумалась, почему у меня нет друзей, но затем реальность вывела меня из ступора и четко объяснила почему.

— С тобой было невозможно находиться рядом.

Если бы реальность могла говорить, вот что она бы мне сказала. Она бы отругала меня за то, что я делала для своей матери. Я не заслуживала друзей. Помню, как подружилась с одной девочкой в начальной школе. Ее звали Тереза Тэлон, и она каждый день ходила с косичками. Она была брюнеткой с яркими карими глазами и очень смуглой кожей. Мы познакомились на одной из перемен и сразу стали подружками.

Однажды вечером Тереза пригласила меня к себе на ночевку. Я сказала маме, и она разрешила, но только при условии, что я вернусь с чем-то ценным. Под «ценным» она подразумевала, что я должна принести домой что-то стоящее много денег. Что-то, что она может заложить за дополнительные деньги.

Скажем так, после той ночевки я больше никогда не могла играть с Терезой. Я не могла ее видеть, общаться с ней на площадке — я даже не могла смотреть в ее сторону. Таков был приказ ее матери. Меня перевели в другой класс, и я больше никогда не видела Терезу.

— О, БОЖЕ! — завизжала одна из девушек, выводя меня из задумчивости. — Гейдж Грендель! Боже мой, посмотрите на него! Он такой чертовски горячий!

Я закатила глаза, потому что если бы она знала, какой Гейдж на самом деле, она бы так не реагировала. Гейдж шел по коридору в черных джинсах и белой футболке с черной арабской вязью. Увидев толпу девушек, подпрыгивающих от восторга при виде него, он показал ленивую улыбку и продолжил двигаться вперед.