Он продолжал целовать мою шею, спускаясь к груди. Мое дыхание участилось, когда он поднялся к моим губам и посмотрел на меня сверху вниз, лунный свет падал на его лицо сквозь занавески. Чего он ждал? Его губы были так близко. Мы были так близко. Я чувствовала, как его член пульсировал сквозь штаны, готовый взять меня. В тот момент я позволила бы ему, потому что это была не я. Я была не в своем уме; поэтому мне почти все равно. Скорее всего, я бы пожалела об этом на следующий день, но это случилось бы потом. Ничего, кроме настоящего момента, не имело значения. Завтра не имело значения. Следующий час не имел значения. Все, что имело значение, — это искра между нами, музыка, грохочущая снизу, и его губы, едва касающиеся моих.

И затем, наконец, губы Гейджа впились в мои. Я застонала, обвив его шею руками, пока он приподнимался и обхватывал мою талию, укладывая меня в середину кровати. Он был вкусным. Хорошо ощущался на мне. Его дыхание было прерывистым и звучало почти болезненно, но он не останавливался. Я знала, что ему тяжело сдерживаться, потому что мне определенно было. Я хотела, чтобы это случилось.

Одна его рука прокралась под мое платье, чтобы стянуть трусики, другая сжала мою грудь. И затем он добавил кое-что еще к поцелую. Что-то гладкое, влажное и с привкусом текилы. Его язык.

О, Боже, его язык. Это перевело меня в режим перегрузки. Я больше не могла себя контролировать. Мне хотелось сорвать с себя всю одежду для него. Мне хотелось позволить своему языку играть с его всю ночь. Мне хотелось ощущать его вкус, пока я не перестану чувствовать что-либо еще. Он опустился между моих ног, его член вдавливался в меня, заставляя стонать.

— Бля, Элиза, — прорычал он мне в рот. Наши губы были опухшими, пульсирующими, но я хотела его еще больше. Я притянула его голову вниз, чтобы снова поцеловать, и он ответил, но уже не так страстно, как раньше. Я не стала задавать вопросов — на самом деле, я не особо это заметила, потому что находиться рядом с ним было более, чем достаточно для меня. — Я хочу взять тебя прямо здесь. Сейчас. Черт, я так тебя хочу. Думаю, ты даже не представляешь, насколько.

Моим ответом был прерывистый стон во впадинку его шеи. Между нами нарастало трение, и вскоре он поднял меня, снова обвив талию моими ногами, и слез с кровати. Я была поражена, как быстро он это сделал. Как моя спина ударилась о стену, а он жадно впивался в мою кожу, толкаясь в меня, следя, чтобы между нами не оставалось ни миллиметра пространства.

— Ты не можешь сказать, что не чувствуешь этого, — прорычал он. Я вскрикнула от наслаждения. — Ты больше не можешь это отрицать.

Я покачала головой, потому что не могла это отрицать. И не хотела. В этот момент я была готова на что угодно с Гейджем. Я была пьяна, уязвима и готова. Я запустила пальцы в его волосы, когда наши губы снова встретились. Он развернул меня, уложив спиной на кровать, и задрал платье, проводя руками от моих бедер к животу. Я совсем забыла, что он снял с меня трусики. Я была мокрая между ног, это чувство являлось для меня новым, но приятным. Я была готова. Готова к нему.

Я много слышала о том, как больно терять девственность. Мне также говорили, что сразу после боли приходит наслаждение, и я жаждала его. Наслаждения после боли. Удовлетворения после стольких лет скучного целомудрия. Самое время. Я была женщиной, и пришла пора испытать свои пределы.

Голова кружилась, когда Гейдж опустился на колени, притянул меня к краю кровати и принялся целовать мою ногу, его губы коснулись внутренней стороны бедра. Он был так близко к самому сокровенному, что я непроизвольно рванулась к нему, но он покачал головой в темноте.

— Не двигайся. Дай мне, — прорычал он, положив мои ступни себе на плечи.

Я не могла сопротивляться. Напряжение немного спало, я откинула голову на кровать, а ноги взмыли в воздух, лежа на его широких плечах. Он начал с нижней части бедра и медленно поднимался вверх поцелуями. Его пальцы впились в мою талию, голова неспешно продвигалась выше. Я задыхалась, предвкушала, жаждала дико задвигаться, а он еще даже не добрался до цели.

Он застонал, когда его язык скользнул по одному бедру, а затем перешел к другому. Я застонала, сжимая его руку. Он дразнил меня. Я чувствовала, как он беззвучно смеялся каждый раз, когда я вздрагивала. Его горячий язык проскользнул между моих ног, а затем он раздвинул их полностью, оставив меня раскрытой.

— Готовься ко мне, — прошептал он, его горячее дыхание коснулось самого сокровенного. — Элиза, — его шепот был так тих, что я подумала, будто мне послышалось. — Не хочу, чтобы ты снова лгала мне после сегодняшней ночи. — Он поцеловал мою коленку, но я нахмурилась, не понимая. — Не говори мне снова, что мы «просто друзья». Я сейчас докажу тебе, что это не так. Я не хочу этого. Хочу от тебя большего…

И затем, прежде, чем я успела что-то сказать, его язык лениво провел по моему клитору, и я ахнула. Жар охватил меня, согрел, и он глубоко застонал, принимаясь сосать и лизать.

— На вкус так хорошо, милая Элли, — пробормотал он, не отрывая рта от меня. Я закричала и даже не могла сосчитать, сколько раз запускала руки в его шелковистые волосы или обвивала его шею. В какой-то момент я так сильно сжала его руку, что думала, будто вот-вот взорвусь.

Я начала пульсировать, приближаться к пику, и никогда прежде не испытывала ничего подобного, но это было правильно. Внизу все пылало, грудь вздымалась, дыхание перехватывало с каждым движением его языка. Он вращал и водил им вокруг, постанывая и кряхтя, скользя пальцем внутрь и наружу.