Я прыгнула на него, оседлала и принялась молотить кулаками, пока он не поймал мой кулак. Он зарычал, обнажив клыки, а затем начал сминать мою руку в кулаке. Своей железной хваткой он выкручивал мне руку до тех пор, пока я не сползла с него, приземлившись лицом в песок.

В следующее мгновение Руадан оказался надо мной, обхватив меня за горло мощной рукой. Он собирался задушить меня.

Он наклонился ближе.

Затем он прошептал мне на ухо:

— Я не собираюсь тебя убивать.

Я впервые услышала его голос, богатый, бархатистый тембр, и от этого у меня участился пульс.

Я завела руки за свою голову и схватила его за руки, делая вид, что борюсь.

— Я тоже не собираюсь тебя убивать, — прошептала я. — Но Балерос собирается. Он хочет Ключ Мира.

Я сильно ударила его локтем в лицо. Может, мы и не собирались убивать друг друга, но мы не хотели, чтобы Балерос заметил нас. Я начала подниматься, но на этот раз Руадан придавил меня спереди, всё ещё сидя на мне верхом.

Затем я изо всех сил толкнула его тазом, сбивая с себя. Я вскочила. Прежде чем я смогла полностью выпрямиться, Руадан налетел на меня. Он с силой сбил меня с ног, едва успев смягчить удар моей головы об пол своей рукой. Настоящий джентльмен.

Толпа закричала, требуя жертвоприношения.

«Внук Бога Ночи».

Он был у меня между ног, и я смотрела в его чисто чёрные глаза.

Он управлял тенями.

— Сделай так, чтобы стало темно, — прошептала я. — Я найду Балероса.

Не говоря больше ни слова, из него вырвалась ледяная ночная магия, рябь теней, которая погасила свечи вокруг нас. Я выключила свой налобный фонарь, когда тени скользнули по пылающим стрелам, приглушая их пламя, пока не воцарилась темнота.

По всей арене раздались крики.

«Анархия — это возможность переделать мир так, как мы хотим».

Балерос знал, как править в хаосе. А теперь и я тоже. Я знала эту арену как свои пять пальцев.

В темноте я тенью прыгнула к трону императора, прежде чем Балерос успел скрыться. Я принюхалась к воздуху. Розы. Запах, от которого меня всегда тошнило.

Я нашла его, а он и понятия не имел, что я здесь.

Я схватила его за воротник, затем отвела руку назад и снова и снова била его по лицу изо всех сил, так сильно, что была уверена, что сломаю собственный кулак. Балерос поймал один из моих ударов, но ярость захлестнула меня, и я изо всех сил врезала ему коленом в пах.

Он не заметил, как я приблизилась. Он понятия не имел, что Руадан отдаст мне кристалл люмена или что мы откажемся убивать друг друга. Балерос никогда не был готов к такому.

Этот мужчина потратил годы, вбивая в мой мозг все свои мысли. Он изучал меня, изучал, как я работаю, предвидел всё, что я сделаю. Знал мои слабости. Я была для него чудовищем, и он контролировал меня.

Но, как он всегда говорил, если ты слишком долго смотришь в бездну, бездна смотрит на тебя в ответ. Он знал, о чём я думаю, и я тоже знала, о чём думает он.

Я ударила его локтем в лицо, и он застонал.

— Руадан…

— Я не Руадан, — прорычала я. — Я бездна, сука!

Я не уверена, что в этом был смысл, и, возможно, мне нужна была фраза получше. Но в тот момент это показалось правильным.

— Где Киара? — закричала я.

Балерос попытался ударить меня, но я блокировала его удары. Затем я быстро ткнула пальцами в его кадык. Он издал сдавленный звук, не в силах вздохнуть, и я тенью метнулась ему за спину. Я схватила его за голову — в манере Руадана — готовая свернуть ему шею.

— Где Киара? — закричала я. — Не заставляй меня вырывать тебе позвоночник, потому что я это сделаю, ублюдок.

Воздух вокруг нас огласился криками, но Руадан сохранял контроль над тенями. Арену окутала тьма.

Как только Балерос снова обрёл дар речи, он простонал:

— Секретное место.

— Где? — взревела я.

— Я привёл её сюда сегодня вечером. Твоя клетка, — выдавил он.

Я свернула ему шею, и он упал. Без железа в моих руках я сейчас не смогу убить его. Я должна была отправиться к Киаре, пока ещё могла, но я чертовски надеялась, что Руадан пронзит его сердце железным мечом.

Я метнулась сквозь темноту, воздух арены обдувал мою кожу. Перед тем как броситься к выходу, я обернулась, чтобы посмотреть назад. Вспышка света озарила арену, и тьма вокруг Руадана на мгновение отступила. Этого времени оказалось как раз достаточно, чтобы увидеть, как Руадан пронзил мечом шею Балероса. Моё сердце подпрыгнуло.