— Змееголовый, — сказал Джарл.

Грэм почувствовал, как по спине пробежал холодок. Змееголовый.

— Ты выследил его. — констатировал Грэм, а потом спросил, — Но как? Это хитрый ублюдок, очень хитрый. Его три десятка лет никто не мог поймать.

— Спасибо Шипящему. — Джарл криво усмехнулся. — Навел на учителя. Сознательно или нет — не важно.

— Шипящий навел? — уточнил Грэм, и дождавшись кивка Джарла спросил, — Значит, Шипящего ты упустил специально?

— Да, иначе я не смог бы подобраться незаметно. — Джарл пожал здоровым плечом. — Но знаешь, Грэм, когда на одних весах бывший вожак Гиблых, а на другой — шавка вроде Шипящего… выбор очевиден.

— От этой хитрой шавки сейчас может быть много проблем.

— Я сделал свой выбор, — сказал Джарл.

Грэм кивнул. Он понимал эту логику и, наверное сам бы так поступил. Если сравнивать в чистой боевой мощи, Шипящий и Змееголовый и рядом не стояли.

— Ты что-то узнал от него? Или…

— Нет, не узнал. — Джарл покачал головой. — Я пришел в его логово и покончил со всем одним ударом. Как-то не было времени на разговоры.

— Одним ударом? — мысленно присвистнул Грэм.

— Только так. Там были тысячи и тысячи змей, вот только они ему не помогли. Не происходи наша встреча в логове, я бы попытался его захватить живьем, но там было слишком опасно даже для меня.

Джарл показал руку.

— Я и так недооценил его: думаю, у него были еще такие змеи, просто он не успел их пустить в дело.

— Никогда не недооценивай противника, — тихо сказал Грэм, — Особенно такого, который живет столько лет.

— Знаю я, — посерьезнел Джарл.

— Насколько яд силен? — помрачнел Грэм, отмечая посиневшую руку.

— Любого другого уже убил бы. — Джарл посмотрел на свою руку. — Только моя закалка от ядов высшей ступени позволяет бороться. Не помру… но без мощных зелий не справлюсь.

Грэм окинул взглядом ученика: грязного, изможденного, одетого в какие-то огромные листья, перевязанные лозой. На бедрах засохший древесный сок, волосы слиплись от пота и крови.

— Тебе одежду дать? Не пойдёшь же так в поселок?

— Пойду. — отмахнулся Джарл, — Какое мне дело до этих слабаков и что они подумают?..

Грэм с легким осуждением покачал головой.

Джарл прищурился, разглядывая учителя.

— Кстати… ты выглядишь уже не так плохо, как в прошлый раз.

Грэм молча показал руку — ту самую, где чёрные прожилки когда-то доходили до плеча. Теперь их там не было.

— Нашлись способы задержать болячку.

Джарл помолчал, но расспрашивать не стал. Только кивнул.

— Рад, что ты не помрешь в ближайшие недели. Я бы, конечно, развеял твой прах, но с удовольствием бы этого не делал.

— Долг я собрал, — неожиданно сказал Грэм. — Весь.

Джарл открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Неожиданно. Удивил…но это хорошо, — добавил он через секунду. — Потому что эта халупа мне не нужна.

Они оба рассмеялись, почти одновременно.

— Зайду потом сам, — сказал Джарл, разворачиваясь к поселку. — За деньгами.

Грэм смотрел ему вслед, пока массивная фигура не скрылась за поворотом.

На душе стало легче.

Как ни крути, а Джарл был его учеником. И нехорошо, когда ученики гибнут раньше учителей. И…что-то в Джарле изменилось за эту охоту за Гиблыми. Определенно.

Объяснить Грэму всё пришлось, по-другому никак. Да и не хотелось мне ему врать, и так слишком часто это делал.

— Помнишь кусок коры Древа Живы? Тот, что я нашел в тайнике мурлык? — спросил я.

— С узорами?

— Да, ты еще сказал, что это просто рисунки, что в них нет смысла. И что друиды занимаются ерундой.

Грэм кивнул и подошел к мертвой земле, внимательно всматриваясь в нее.

— Сказал. — согласился он.

— Я решил проверить. — Я достал из кармана оплавленный комок живицы — всё, что осталось от символа. — Вылепил один из узоров из живицы, повторил насколько смог, положил на куст мяты и влил живу.

— И?

Я указал на мёртвую зону.

— И вот результат. Как видишь мята… взбесилась, начала расти с невероятной скоростью, превращаясь во что-то чудовищное и высасывать жизнь из всего вокруг. Мне едва удалось её уничтожить — это похуже обычных мутантов.

Грэм молчал, раздумывая над моими словами, взял кусок живицы, пощупал его и вернул мне.

— Если всё так, как ты говоришь — это значит, что я ошибался.

— Видимо, да. — Я кивнул. — В этих узорах — сила. Настоящая сила, которую невозможно контролировать. Во всяком случае, не мне и не сейчас.

Я замолчал. Старик же размышлял над моими словами.

— Теперь понятно, почему друиды сидят там, где сидят — в Глубине. — продолжил я и посмотрел на выжженную землю. — И почему они так отчаянно ищут эти знания. С такой силой они будут над всеми. Она им нужна, но если она бесконтрольна и не подчиняется, то смысла в ней нет. Ну, я так думаю…