Пробуждение
Юноша, которого только что принесли в жертву. В его жилах Сапфировая кровь — ключ к древнему барьеру от демонов. В голове память прошлой жизни, инженерная логика и опыт предательства, после которого доверять опасно.
Маги здесь элита, Академия — билет наверх. Власть, заговоры, тайный орден и Архимаг, уже пытавшийся использовать эту кровь. У Ардена просыпаются способности: регенерация, чувство лжи, умение видеть магические следы. Он хотел просто выжить. Вот только мир ждет от него куда большего.
Глава 1
Самолет дрожит. Я снова смотрю в иллюминатор. В стекле на миг появляется странная картина: круг на земле, выложенный символами, и человек в этом круге стоит неподвижно, будто его держит что-то невидимое. Синий свет поднимается снизу вверх, по телу, рукам, лицу. Я моргнул, и странная картина пропала, но, по пальцам прошел холодок, будто я коснулся льда. Посмотрел еще раз, и увидел только серый ватный суп облаков и редкие разрывы, из которых иногда вываливается тонкий кусок синего неба.
Я один это видел?
Никогда не любил летать. Не боюсь, нет. Просто раздражает отсутствие контроля. Ты сидишь пристегнутый к креслу, с пластиковым стаканчиком в руках, пока где-то впереди незнакомый мужик управляет самолетом.
Давайте знакомиться, меня зовут Максим Воронов, я двадцатипятилетний миллионер, который наконец-то нашел свободное место под солнцем.
Телефон в режиме «в самолете», но вайфай уже выдали. Я открываю почту без особого интереса: три письма от юристов, два от фонда, одно от аналитика, который снова пишет «важно, посмотреть до конца недели», и сверху висит новое сообщение от Ильи.
Тема: «Макс. Прости».
У меня неприятно холодеет ладонь. Илья никогда так не пишет. Он мастер иронии, сарказма и дурацких гифок, но не коротких трагичных тем без смайликов.
Почта грузится дольше, чем нужно. Самолет слегка трясет. Пока появляются первые строки текста, я успеваю подумать только одно: если это рак, смерть или «я уезжаю в монастырь», я сделаю все, чтобы помочь ему.
Но это не рак и не монастырь. Это хуже.
Письмо Ильи начинается с фразы: «Макс, если ты читаешь это, значит я совершил ужасное».
Письмо длинное. Несколько страниц, разбитых на абзацы. Он явно писал его не за один раз.
«Макс, я знаю, как ты относишься к определенным заказам. Ты всегда говорил, что не хочешь, чтобы наши вещи использовали для силовых сценариев. Я был с тобой согласен. Я правда был. Но я должен объяснить, что происходит, пока еще могу. Все началось полгода назад…»
Полгода назад к нам в офис пришли люди без бейджей. Не военные с погонами, не угрюмые генералы. Наоборот: аккуратные, спокойные, с вежливыми улыбками и визитками, где названия служб были написаны так расплывчато, что было непонятно, чем они занимаются.
— У вас есть модуль, который способен анализировать поведение людей в толпе? — спросил один из них, высокий, седой, с аккуратными руками пианиста.
— Есть прототип — ответил я. — Мы делали его для ТРЦ, чтобы отслеживать поток клиентов.
— Прекрасно. А вы готовы адаптировать его под наши задачи?
«Наши задачи» подразумевали не торговые центры. «Наши задачи» подразумевали массовые мероприятия, режимные зоны, закрытые объекты. Я смотрел на них и вежливо улыбался.
— Нет.
Они не удивились.
— Почему? — спокойно уточнил тот, что с руками пианиста.
— Потому что это противоречит нашему внутреннему регламенту работы с данными клиентов.
— Вы сами этот регламент придумали.
— Да.
Мы поговорили еще минут двадцать. Я им объяснил, как сильно наш бренд завязан на этике, как важно доверие клиентов, как мы не будем внедрять наши алгоритмы туда, где они будут использоваться против людей.
Они ушли так же спокойно, как пришли.
Через месяц у нас начались проблемы с проверками. Через два — странные задержки на таможне с поставками компонентов. Через три — мы потеряли два тендера, которые были фактически уже в кармане. Я видел в этом систему, но упрямо делал вид, что это совпадения.
У Ильи была младшая сестра, Лена.
«Макс, я не могу оставить это между строками. Они пришли не к нам в офис. Они пришли к ней. Забрали прямо с улицы, не предъявив ничего. На следующий день мне позвонили…»
Я представил это слишком отчетливо. Телефон вибрирует ночью. Илья берет трубку. Холодный, спокойный голос сообщает:
«С вашей сестрой все в порядке. Пока. Если хотите, чтобы так и осталось, нужно обсудить условия сотрудничества».
Илья никогда мне этого не рассказывал. Ни одного намека. А я, идиот, был слишком занят переговорами с фондом, подготовкой к новой стадии, свадьбой, тысячей задач, которые казались важнее.
Самолет снова тряхнуло сильнее. Где-то в салоне коротко вскрикнули, кто-то нервно засмеялся. Стюардесса прошла по проходу, улыбаясь привычной пластиковой улыбкой.
Я почти не замечал этого. Письмо Ильи втянуло меня целиком.
"Макс, я понимал, что если скажу тебе, ты не согласишься. Ты пойдешь бороться, поднимать шум, поднимать адвокатов. Или попытаешься вытащить ее через свои контакты. Но они играют не по правилам. Они сразу обозначили: любая попытка сопротивления, и ее просто не станет. Не арест, не суд. Исчезновение. Я видел людей, которые возвращались из их кабинетов… точнее, не возвращались.