Я посмотрел на кошелек, но сумма не заставила меня немедленно кивнуть. Деньги — это просто инструмент, а у меня благодаря нашей мастерской их сейчас было достаточно. Я прикидывал не прибыль, а цену, которую придется заплатить за вмешательство в дела Роанов. Видимо уловив это секундное раздумье, она поняла, что золото для меня недостаточный мотив. На ее губах промелькнула едва заметная улыбка. Она явно осознала, что к этому замку нужен совсем другой ключ.

— Я вижу, вы не из тех, кого можно просто купить, Арден. Это… редкость в наше время. И это делает вас еще более ценным в моих глазах.

— Скажу вам честно, мне просто страшно, — прошептала она. Ее голос едва заметно дрогнул. — Филипп… он не остановится ни перед чем. А я здесь совсем одна. У меня нет никого, кому я могла бы доверять так, как вам.

Страх в ней был настоящий. Только я не был уверен, кого именно она боится. Но также я понимал, что если я откажусь, то завтра Филипп, скорее всего, предпримет попытку силового решения вопроса, и тогда никто не даст гарантий, что Эвелина вернется живой и здоровой.

— Хорошо, я согласен сопроводить вас завтра на встрече. Оплату я возьму, но лишь как плату за риск. Сделаю все возможное, чтобы обеспечить вашу безопасность.

Она улыбнулась, на этот раз открыто. Это была улыбка женщины, которая получила именно то, что хотела, но в тот момент мне было плевать на ее скрытые мотивы.

Эвелина медленно поднялась из кресла. Она сделала шаг ко мне, мягкий, почти бесшумный. Она остановилась так близко, что я почувствовал тепло, исходящее от ее тела. Запах ее духов — тонкий, с ноткой сладкого апельсина и чего-то еще, более глубокого — заполнил пространство между нами. Ее ладонь легла мне на грудь. Теплая, мягкая кожа. Я чувствовал, как ее пальцы слегка сжали ткань моей новой рубашки.

Думать с холодной головой стало чуть сложнее, молодое тело имело свои потребности.

— Побудьте со мной этот вечер, Арден, — ее пальцы скользнули выше, к воротнику, задевая кожу шеи. — Не как наемник. Как мужчина, который знает, что такое защита.

В голове коротким импульсом всплыл образ Лиссы — ее уютная, почти домашняя забота. Потом Майлин — яркая, но все еще бесконечно далекая. С ними все было сложно, запутано, на уровне намеков и полувздохов. А здесь…

Я пока не имею ни перед кем обязательств или клятв. Эвелина красива, она здесь, и она показывает явное желание сблизиться. Почему я должен себе отказывать?

Я накрыл ее руку своей. Ее кожа была горячей. Эвелина потянула меня за собой в сторону спальни. В комнате царил полумрак, пахло лавандой. Все произошло естественно, без лишней суеты. Ее движения были уверенными, она знала, как направить, как вызвать ответную реакцию. Каждое касание было как замыкание контактов — яркая вспышка, за которой следовал новый поток энергии.

Я кожей ощущал, как между нами натягивается и с треском лопается невидимая струна, сжигая остатки рассудка. Эвелина была везде — в каждом моем вздохе, в жарких касаниях, в том, как она выгибалась мне навстречу, требуя и забирая все без остатка. Мое молодое тело находило долгожданный выход для накопившегося напряжения. Я исследовал ее, отмечая, как она отзывается на мои действия, как меняется ее дыхание.

— О, да… — выдохнула она мне в самое ухо, когда ритм стал запредельным.

Мы лежали в тишине, слушая только собственное прерывистое дыхание. Жар постепенно уходил, сменяясь тяжелой, тягучей расслабленностью. Эвелина прижалась ко мне, положив голову на плечо, и я чувствовал, как ее волосы, пахнущие лавандой, касаются моей кожи.

Мои пальцы лениво скользили по ее плечу, отмечая, как постепенно выравнивается ее пульс. В этот момент все проблемы — Филипп, наследство, риск — казались чем-то второстепенным, фоновым шумом.

Эвелина чуть отстранилась и посмотрела на меня. В ее глазах, еще подернутых туманом, мелькнуло что-то похожее на искреннюю признательность, хотя я понимал, что у таких женщин даже взгляд — это инструмент. Она коснулась моей щеки кончиками пальцев.

— Ты удивительный, Арден, — прошептала она. — Я знала, что не ошиблась в тебе. Побудь еще немного…

Но внутри уже начал включаться привычный режим холодного анализа. Лишние эмоции выгорали, оставляя после себя кристальную ясность и сухой остаток фактов. Приятный бонус закончился, пора было возвращаться к делам.

Я мягко перехватил ее руку, запечатлел на ладони короткий поцелуй и сел на краю кровати. Тело отозвалось приятной ломотой, когда я потянулся, разгоняя остатки неги.

— Завтра в восемь, — сказал я, застегивая пояс. — В том доме на окраине. Я буду там.

Эвелина приподнялась на локтях, простыня соскользнула с ее плеча. Она смотрела на меня с ленивым удовольствием.

Я кивнул ей и вышел из дома. Ночной воздух приятно холодил лицо. Смысла оставаться и сторожить ее не было. Встреча назначена в другом месте, и до завтрашнего вечера Филипп вряд ли решится на открытое нападение.