Только тут я заметил, что голова после слияния больше не болит — боль куда-то ушла. Или это воздействие этого пропахшего металлом воздуха?

Не знаю. Седой на моем плече принюхался к запаху, идущему от дубов, сморщился, но не пикнул. Он вообще стал меньше…пищать. Скорее всего понимает, что сейчас в лесу настолько опасно, что любой лишний шум, в том числе и от него, — это риск для всех.

Ну или я переоцениваю его умственные способности и он просто не выспался.

Я медленно двинулся к дубам.

На поляне было тихо.

Грэм сел в центре ее и, похоже, начал поглощать живу. Почему бы и нет, в таком-то живописном месте.

Я отпустил Виа кружиться вокруг и охранять нас.

Скиталец почти сразу устроился в центре поляны. Ему это место тоже понравилось. Увы, за весь путь он не нашел ничего ценного. Возможно, на обратном пути он будет удачливее. Интересно, а что так питает эту рощу, что дубы выросли столь огромными? У той рощи, к которой я привык ходить, размеры были и близко не такие. Причина тоже должна быть.

Ладно, подумаю об этом потом. Сейчас мне нужно выбрать дерево и начать рывок.

Я не спеша подходил к разным дубам и прислушивался. И к большим, и к тем, что были поменьше. К тем гигантам, которые окружали поляну, я не рисковал подходить.

Раньше, когда я приходил к роще железных дубов, я никогда не видел каждый по отдельности — для меня это были железные дубы, и отличались они только размером. Сегодня что-то изменилось. И я думаю, всё дело в слиянии — оно что-то сдвинуло в моем восприятии в сторону понимания растений.

Я шел между стволами и понимал — они разные.

Вон тот, слева. Кряжистый, плотный, ствол гладкий, кора почти не потрескалась. Сжат будто человек, который не доверяет никому. Прикоснешься — оттолкнет. Для того, чтобы убедиться в этом я прикоснулся к нему Даром — и меня тут же оттолкнули.

Вон тот, дальше, вроде бы небольшой, но старый. Очень старый. Этот не сжат, просто устал. Я подошел и убедился в этом.

А вот этот справа от меня какой-то…дикий что-ли. Я это понял как-то инстинктивно. Я прикоснулся к нему Даром и ощутил внутри него хищный и агрессивный поток живы. Этот не отдаст, этот сам хочет жрать.

Я ходил между ними, на каждом останавливался на полсекунды и едва-едва касался Даром. Просто соприкасался и узнавал. Не лез внутрь, лишь прикладывался Даром, прислушивался и уходил.

Это было что-то новое для меня. Никогда прежде я так тонко не чувствовал деревья.

Они все были разные и мне для прорыва нужно выбрать из них. Конечно, всё это было мое сугубо человеческое восприятие. Дубы…они просто растут. Они себя не воспринимают. Это я как наблюдатель оцениваю их, примеряя на них ярлыки. Но мне эти ярлыки помогали понять что мне подходит, а что точно нет.

И наконец-то я нашел один. Как-то интуитивно я понял, что он тот, что нужен.

Дуб стоял чуть в стороне от поляны. Среднего возраста, не слишком старый, и не слишком молодой. Я прикоснулся Даром, оценивая его. Поток внутри был ровный, спокойный, без жадности и злобы. Он просто… был.

Я обошёл его кругом, посмотрел на корни, торчащие из земли мощными жгутами, снял корзину с плеча и поставил у его подножия.

Сел между двумя огромными корнями.

Я медленно протянул руку и коснулся ладонью одного из мощных корней.

Пора.

— Дед, я начинаю. — негромко сказал я, но в этой тишине Грэм отлично меня услышал.

Старик встал и направился ко мне. Если процесс затянется, мне нужно, чтобы кто-то защитил меня.

Седой тем временем нагло уселся мне на колено.

— Защищать будешь? — спросил я глядя на него.

— Пи! — решительно ответил он.

Полагаю, это было да.

Я закрыл глаза. Ладонь лежала на шершавом корне и я чувствовал каждую выпуклость, каждую трещину и нарост на нем. Этот дуб не был самым большим или самым старым в роще. Просто подходящим. А в чем именно это заключалось, я не знал — просто доверился интуиции.

Я сделал глубокий вдох и толкнул сознание внутрь дерева. Обычно я делал это мгновенно через Дар, почти не прикладывая усилий, но сейчас требовалась полная концентрация.

Едва я очутился внутри, как понял, что всё изменилось. Может причиной тому были обостренные ощущения после слияния с Виа, но чувствовал и воспринимал я всё иначе.

Я будто шагнул не в дерево, а в огромную, медленную, плотную реку, которая текла где-то глубоко под поверхностью земли и одновременно везде вокруг. Поток живы шёл такой плотности, что в ней можно было утонуть сознанием и при всем этом я не мог от этого потока взять ни капли, потому что это была не моя жива — она принадлежала дереву. А мой собственный духовный корень рядом с этим… Боже, да это был даже не ручеек, а так, лужица!