Билл подходит ко мне и наполняет мой бокал. Я благодарю его, поднимаю тост своим фужером и выпиваю напиток одним махом.

– Знаешь, шампанское надо пить не так, - поддразнивает он меня. – Оно попадет тебе прямо в голову.

– Может быть, именно этого я и хочу. – Это мог бы быть сексуальный комментарий, если бы я не сморщилась на полпути. Если честно, я пью, потому что хочу забыть о том, что Джаспер мне еще не звонил. Проще забыть, чем думать о каждой причине, почему он не позвонил.

– Ты не часто выходишь в свет. Как Дайне удалось убедить тебя сегодня вечером? – спрашивает Билл, и я пожимаю плечами, вертя ножку бокала между пальцами. Когда я не отвечаю, он продолжает. – В любом случае, я рад, что ты пришла. Мне кажется, что у нас никогда не было возможности поболтать.

– Мы можем поболтать сейчас. – Мне не очень хочется, но я могу быть милой. – Расскажи мне что-нибудь, чего люди не знают о тебе, Билл.

Он потирает голову и смеется.

– Моя мама была моим лучшим другом в мире.

– Оу, - ухмыляюсь я. – Маменькин сынок.

– Уже нет, - продолжает он, отводя взгляд, чтобы скрыть боль в своих темных глазах. – Она умерла, когда мне было тринадцать. Рак.

– Мне так жаль.

– Давным-давно. – Его тон пренебрежительный, но я могу сказать, что он все еще страдает, судя по боли в его чертах. – У нее были замечательные медсестры, когда она была в хосписе. По сей день я благодарен им за то, что они облегчили ее жизнь. Именно поэтому я решил заняться этим.

– Я рад, что она получил тот уход, который заслуживал, - говорю я. Билл кивает, и мы сидим в тишине в течение неловкой паузы. Мгновение спустя мы оба говорим одновременно, нервно смеясь при столкновении.

– Пожалуйста, - улыбается Билл. – Продолжай. Сначала дамы.

– Мне интересно, как ты ы получил VIP-пропуск сюда? Это довольно новый клуб, и, насколько я слышала, эксклюзивный.

– Я инвестирую, - говорит он. – Я унаследовал хороший кусок денег от мамы. Так что в основном я инвестирую в малый бизнес по всему городу.

– О, - говорю я неубедительно. Я ничего не знаю ни об инвестировании, ни о бизнесе.

– Например, в этот клуб. – Билл усмехается. – Ты смотришь на гордого совладельца "Клуба четырех".

– Поздравляю, - смеюсь я. – Кстати, ужасное название.

Я мгновенно краснею, ненавидя себя за свою честность, но Билл, кажется, не смущен этим. На самом деле, он смеется в ответ.

– Мне это нравится. Ты говоришь все как есть. Мне бы не помешало побольше таких людей, как ты, рядом со мной.

– Ну, теперь я здесь. – Я улыбаюсь и делаю еще один глоток, пока он наполняет мой бокал.

– Это точно. – Глаза Билла блестят. – Теперь мне просто нужен шанс, чтобы украсть тебя.

13

Джаспер

Школа-интернат "Вита" - грязное местечко на окраине Чикаго. Она не ремонтировалась с начала времен.

Я иду по коридорам школы, заглушая звуки хихиканья, смеха и плача маленьких мальчиков - громких. Никто не слышит, как маленькие тихо плачут в темных углах. Никто не спрашивает о них, когда они пропускают обед, или два, или в конце концов исчезают.

Это место обозначено как школа для мальчиков, но на самом деле это отбросы из отбросов. Это скорее переходный этап перед тем, как дети либо сбегут, либо их заберут посреди ночи, и никто не услышит ни звука.

Те, кому повезло, попадают в приемные семьи или, что еще лучше, их усыновляют. Но так ли уж им повезло? Однажды я был в приемной семье, и, скажем так, ничем хорошим это не закончилось - ни для них, ни для меня, ни для каждого последнего ублюдка, который делал вид, что ничего не видел.

Я не стучусь, когда врываюсь в кабинет директора, Ричардса. Он все еще старый, толстый, как свинья, с пятнистой кожей и наполовину лысыми волосами.

Он говорит со своей правой рукой, Нэнси, тоже старой, но более морщинистой и все еще носящей эти уродливые очки в коричневой оправе.

У меня возникает искушение прострелить им обоим головы, но сейчас у меня нет времени на досадную уборку.

Лусио становится беспокойным, и если я не принесу ему что-нибудь в ближайшее время, то начнется настоящий ад.