— Виски.

В ответ бармен лишь отрицательно покачал головой, и женщина возмущенно воскликнула:

— В смысле? У вас нет виски? Это что за бар такой?

— Есть только пиво и «Лунный свет».

Мужчина спросил:

— Что еще за пойло?

— Наш фирменный кукурузный самогон по рецепту столетней давности.

Женщина устроилась на высоком стуле.

— Звучит так романтично…

Бармен произнес, не отрываясь от натирания стаканов:

— Дело здесь не в сивушно-мутном цвете, напоминающем бледное свечение Луны. Просто во времена Сухого закона подпольной дистилляцией в отдалённой местности занимались ночью. Этих людей звали Муншайнеры. Чтобы не привлекать внимание копов, они делали это при лунном свете. Рецепт не меняли со времен Сухого закона, ну так сколько вам налить?

Мужчина махнул рукой:

— Я, пожалуй, откажусь. А дамочке налейте.

В общем, он бы и дальше продолжил лениво болтать с этой милой дурочкой, сидя за барной стойкой, и тут в помещение вплыл, как тот корабль, что был вытатуирован на тыльной стороне его ладони, какой-то чересчур брутальный старик с седой бородой. Бармен заметил заинтересованные взгляды через плечо.

— А это Роб. Он наш смотритель маяка.

Мужчина понял, что это человек из Монток-Пойнт. Выглядел он навроде тех великовозрастных чудаков, которые во всем подражают героям Хемингуэя. На большом теле свитер грубой вязки, а на голове шапочка, едва прикрывающая большие уши, в одном из которых была серьга.

Дэвид посмотрел прямо в выцветшие серые глаза этого старика.

— Извините, я вынужден вас оставить.

Так что он поднялся из-за стойки и прошел, чтобы подсесть к этому старику, мимоходом подхватывая недоуменные женские взгляды. Глядя, как он приближается, бородатый начинает щуриться и уже открывает рот, вроде как собираясь выдать что-то умное. Голос его был прокуренным, недоверчивым и с сильным славянским акцентом.

— Я тебя не знаю.

Незнакомец грустно развел руками:

— Меня зовут Дэвид. Дэвид Хайд. — Он протянул руку и задержал рукопожатие чуть дольше положенного, разглядывая его татуировку. – Полагаю, вы Роберт?

— Роб Сикорски.

— Вот и хорошо. Люблю взаимопонимание. Вы можете уделить мне буквально одну минуту вашего времени?

— Почему я должен?

— Да так, всего лишь сделаете доброе дело — я частный детектив и ищу одну пропавшую.

Он лгал, причем лгал плохо. Его озабоченность пропажей девушки показалась старику очевидной и вполне искренней, поэтому тот рассмеялся.

— Частный детектив, говоришь. Ну, знаю вашу породу людей — таких типов, которые будут всюду следовать за тобой как тень, глядя, как бы ты никому больше не поднасрал. Вечно разнюхиваете, кто чем занимается, да? На самом деле я уважаю эту профессию. Кто-то же должен кидать навоз, чтобы цветочки могли расти.

Дэвид изобразил добродушную улыбку, однако она не коснулась его черных глаз. Старик продолжил:

— Я мало что знаю про пропавшую, просто помогал санитарам ее искать. Они с собаками прошерстили леса, скалы и побережье. На выходных прибавились копы и волонтеры, но это ноль помогает.

— Расскажите подробнее, пожалуйста.

— История стара как мир: девка сбежала из психушки и след ее простыл. Надеюсь, ей просто улыбнулась удача и сейчас беглянка где-то далеко-далеко. Может, уехала автостопом, но это маловероятно.

— Почему маловероятно?

Дэвид показался собеседнику слишком взволнованным, и тот сказал заговорческим тоном:

— Серийные. Убийства. В лечебнице. Только я вам ничего не говорил, товарищ детектив.

Старик приложился к пивной кружке и на его усах осталась пена.

— До исчезновения сколько раз произошли эти хм… инциденты?

— Всего найдено два тела, насколько мне известно.

— Очень интересно. Значит, есть какой-то общий почерк, указывающий на серийника. Случайно не следы ли зубов на шее?

— Да, верно. Случайно не экстрасенс? Если будете что-то «случайно» разнюхивать в тех местах, заходите в мой маяк на чай в любое время суток. Не стесняйтесь, я вижу что вы хороший человек. Почти такой же хороший как я. У меня есть еще много историй про странную лечебницу и эксперименты, но здесь не подходящее место для их повествования. Чтобы вам было удобнее в поисках, давайте я сделаю пару «случайных» отметок на вашей карте.

Она не успела закрыть дверь палаты, и он ворвался. Мэдди поняла: все это время он бесшумно следовал за ней по коридору второго этажа. Свет проник через зарешеченное окно. Комнату на секунду осветила фиолетово-желтая вспышка молнии.

Эрик заставил ее прижаться спиной к стене, преградив пути отступления своими длинными руками. Он сказал, зловеще нависая над ней:

— Невероятные вещи происходят в этом месте ночью.

— Сейчас же убирайся отсюда!