Санитар остановился и поднял голову. В одном из окон наверху мигал едва заметный луч фонарика, хаотично бегающий по стенам комнаты.

Он вернулся к парадному входу и поднялся по невысоким белым ступеням. Внутри было тепло и уютно, но зоркий взгляд заметил, что пациенток и медсестер стало намного меньше. Примерно ноль.

Только успел он натянуть медицинскую маску, как сразу же столкнулся с Эриком у парадного входа – тот напяливал свою вельветовую куртку на ходу.

Парень заметно переживал — перед глазами как будто пролетел золотистый вихрь и бежевый вельвет. Так он торопился к своей машине, но мужчина остановил его одним настойчивым движением руки.

— Мне от этого места не по себе, чувак.

— Что опять случилось? — спросил санитар так, будто совсем не заинтересован в ответе.

— Исчезла еще одна девушка! В целях безопасности большинство пациенток этим утром перевели в другое учреждение, так что тебе тут сторожить почти некого. Хелен сопровождает их в какой-то сумасшедший дом на Род-Айленде. — Эрик остановился, разглядел очертания кобуры под одеждой санитара и, притворно улыбаясь, похлопал коллегу по плечу. — Удачного ночного дежурства, приятель.

Парень быстро исчез за металлическими воротами, вскоре раздался рёв мотора — он на большой скорости отправился в город.

Нужно было провести обход всего здания. Двухэтажный «Вичфорт» вмещал на удивление много помещений, на первом этаже 14 помещений и 22 комнаты на втором. Просторный вестибюль и гостевая лестница, широкие коридоры были наполнены… нет, не людьми, а завыванием сквозящего ужаса. У подножия мраморной лестницы валялся забытый кем-то чемодан, из открытого рта которого торчала симпатичная униформа медсестры.

На диване в рекреационной тоже никого. Люди исчезли одномоментно, и даже телевизор не выключили. Теперь на экране дрожали серые помехи, да исходящий во все стороны белый шум заполнял тишину запустения. Санитар на минуту застыл перед экраном, вглядываясь сквозь полоски в поиске новых видений, затем встряхнул головой разочарованно, нашёл пульт и выключил эту бесполезную коробку.

Он проверил свою самую особенную пациентку — она была на месте, как всегда прикованная и источающая звериные запахи. Заглянул в подвал, поднялся на второй и третий этаж.

Комнаты в основном одноместные. Из мебели самый минимум: кровать, стол и стул. Но он знал, что в конце коридора была одна палата побольше, на две кровати. Коридор освещался пятью стеклянными фонарями, один из которых мигал; в подвалах имелась прачечная, медная ванна с крышкой и бассейн из полированной меди — между прочим, и ванна, и тем более бассейн были роскошью по тем временам, когда появилась эта лечебница. Но и там было пусто.

Редкие видеокамеры работали в своем обычном режиме. Отключить их или стереть видеозаписи было возможно только для санитара из дежурной комнаты. Тем не менее незнакомец в кабинет Линдхольма прошёл, похоже, беспрепятственно.

Без какого-либо стеснения он вышел из тени коридора, доктор Линдхольм отвлёкся от набивания сумок документами. Доктор поправил съезжающие очки, но успел разглядеть только медицинскую маску на лице напротив.

Хлопнула дверь. Не было никакой попытки притвориться храбрецом, которым доктор, конечно же, не был. Только решительное молчание, как принятие неизбежного. Незнакомцу это понравилось.

— Мы наблюдаем за вами, — объявила фигура в маске.

Судя по зелёной форме под курткой, это был один из санитаров, которых доктор, конечно же, не запоминал. Такие мелочи, как лица и имена персонала, он не хранил в своей побелевшей гениальной голове.

Сделанная на заказ кожаная куртка резко контрастировала с мешковатой пижамой на худощавом теле Линдхольма, на которую был натянут белый халат. Доктор раскрыл рот, и фонарик со стуком упал на пол.

— Как... Как вы меня нашли?

Незнакомец пожал плечами:

— Ты сам себя выдал. Всё, что требовалось — это немного терпения и внимательности, чтобы все части пазла встали на свои места.

Доктор Линдхольм застыл, изучая его прищуренными глазами.

— Что? Что тебе нужно? — быстро сказал он. — У меня и моих… подопытных есть взаимопонимание. Я держу их личность в секрете, но уверяю, мои открытия защитят человечество от других, более агрессивных особей. Система работает уже много лет, так что я не вижу причин для беспокойства с вашей стороны.

Линдхольм наклонился вперёд и дрожащими руками принялся засовывать документы в сумку, его голос стал тихим и настойчивым, как у обезумевшего заговорщика. У доктора был дар, который получают все лидеры: убедительно излагать самую бредовую чушь.

— Я так много узнал о них. То, о чём я писал раньше — лишь верхушка айсберга. Я делал это, потому что хотел доказать, что мы сможем работать с ними вместе. Мы не обязаны быть врагами. Если бы ты и твой босс обратили внимание на то, что я написал в отчете, вы бы это поняли.