Моё сердце болезненно сжалось. Я знала, что обязана спросить её. Я не могла принимать такие решения без неё.

— Хорошо. А если бы была возможность поехать и тебе? Ты бы поехала? Я понимаю, что всё гораздо сложнее, у тебя тут друзья, жизнь, папа… но просто гипотетически — ты бы хотела?

Она склонила голову в сторону, и в этот момент была так похожа на нашу маму. — Завтра же начала бы собирать коробки. Теоретически.

— Теоретически, — повторила я.

Она резко наклонилась через консоль моего внедорожника и чмокнула меня в щёку. — Не напрягай мозг, сестричка. Увидимся позже?

— Ага.

Пара «люблю тебя» напоследок — и я оставила её у Мэнди на ночёвку. Мысли в голове скакали, пока я ехала. Что вообще нужно, чтобы взять её с собой? Если ты уедешь. Я не могла оставить Аделин. Я едва ли могла представить себе, что оставлю отца. Неважно, насколько низко он пал — он всё равно был моим отцом.

Я бы отдала всё за пять минут с мамой. А что, если я уеду, потеряю отца и буду жалеть об этом до конца жизни?

Я уже припарковалась у дома Ривера, прежде чем поняла, куда направлялась. Я собиралась домой… но, похоже, моё подсознание знало, что мне нужно на самом деле.

Зевс не залаял, когда я подошла к двери — значит, его не было дома. Это означало, что он на пробежке с Ривером. Моя рука застыла на дверной ручке. Могу ли я теперь просто так заходить? У меня всё ещё был ключ, конечно, но мы переживали очень странный переходный период, и я не знала, кем мы теперь друг другу были.

Ключ для лучшего друга? Пустяки.

Ключ для девушки? Серьёзно. Как айсберг и «Титаник».

Как переезд в Колорадо.

Было три часа дня — солнце висело прямо надо мной, — и я вытянула ноги на ступенях, ведущих на крыльцо. Тишина проникала в меня, наполняя грудь с каждым вдохом, разливаясь по телу тем особым спокойствием, которое могло быть только рядом с Ривером… или даже просто у его дома.

Где-то рядом зашуршала галька, и у меня перехватило дыхание, когда я открыла глаза.

Святой. Боже… Ривер бежал с Зевсом без поводка, его широкие шаги быстро сокращали расстояние между нами.

Он был без рубашки, всё это загорелое, красивое тело сияло на солнце. Я всегда знала, что он горячий. Я же не слепая — замечала девчонок, которые к нему липли, и свою собственную реакцию. Но желание проверить, не пускаю ли я слюни, было новеньким. Татуировка в племенном стиле пересекала его грудь и двигалась в такт его мышцам, а когда он подошёл ближе, я увидела, как пот тонкими дорожками стекал по рельефу его торса и переходил в идеально очерченные кубики пресса.

Этот мужчина был живой рекламой секса.

Я поёрзала, меняя положение ног, когда он замедлил шаг, на его лице появилась улыбка. — Привет, — сказал он, тяжело дыша, но без признаков усталости.

— Привет, — сказала я, внезапно застенчивая. Последний раз, когда мы разговаривали, он только что вынул язык из моего рта.

И то, как он на меня смотрел — в его карих глазах читался откровенный голод — говорило о том, что он думал о том же.

— Что ты тут делаешь? — спросил он, пока Зевс облизывал мне лицо.

— Жду тебя.

Он нахмурился, но легко поднял меня на ноги. — Хороший ответ. Хочешь зайти?

Я кивнула, и он повёл нас внутрь, прямо на кухню. Из холодильника он достал две бутылки воды и протянул одну мне.

— Нет, спасибо, — отказалась я, испугавшись, что если выпью — меня сразу же вырвет от волнения.

— Окей, — сказал он и залпом осушил свою.

Чёрт, даже мышцы у него на шее были сексуальными.

— Так почему ты сидела у меня на крыльце, как будто чужая? У тебя же есть ключ, — сказал он, выбрасывая пустую бутылку в контейнер для переработки.

— Кажется, этот ключ внезапно стал… сложным, — пробормотала я, медленно поднимая взгляд по его спине, пока он поворачивался, чтобы взять вторую бутылку. Я знала, что Бишоп гоняет его в зале, но, боже… просто боже. Раньше он всегда надевал рубашку, когда был рядом со мной — разве что мы были на озере. И, честно говоря, я тогда не особо смотрела.

Нет смысла хотеть то, чего ты точно не получишь.

Но теперь я могла его получить. Будто все эти семь лет сдержанного сексуального напряжения обрушились на меня сразу, сминая стены моей защиты тараном, сделанным из чистой стали… вроде его тела.

— Перестань усложнять. У тебя есть ключ — пользуйся.

Он взглянул на меня тем самым взглядом, и я чуть не растаяла на месте. Это тот самый шарм, о котором в баре трещали все девчонки? Просто раньше он его на меня не включал?

— Ты дал его мне… ну, ещё до этого.

— До чего? — спросил он.

Я шумно выдохнула, выпуская воздух сквозь вибрацию губ. — Да ладно, ты же знаешь.

Его ухмылка сожгла мои трусики дотла. Хорошо, что он умеет тушить пожары.

— Скажи это.