— Нет, конечно, — согласился Андрей. — Но я все равно ничего не понимаю.

— Сейчас поймешь, — пообещал Гриша. — Дело в том, что мне приснилось, будто я за компьютером работаю. И вдруг подходишь ты и просишь помочь найти ошибку в твоей программе. И мы начинаем искать! — Гриша мечтательно повел глазами. — Ищем, ищем, пока ничего не ясно, а потом... Знаешь, как это бывает, вдруг видишь всю программу целиком и понимаешь, отчего она сбоит. Даже еще не понимаешь, а интуитивно угадываешь, что вот в этом месте должна быть ошибка!

Андрей вздохнул.

— Гриша, не увлекайся, ближе к делу.

— Да, ошибку мы нашли, — продолжал Григорий. — Но это не главное. Потом я вывел на дисплей каталог программ, смотрю ...

Больше Андрей не перебивал — слушал, затаив дыхание. По словам Гриши, на дисплей вывелись человеческие имена. В принципе, ничего странного в этом нет — программист волен присваивать программе любое имя. Программу затем сохраняют в виде файла на диске, и если вывести на экран каталог диска, можно прочесть имена всех файлов.

Гриша утверждал, что имена были следующие: «Андрей», «Григорий», «Виктор», «Николай». Потом шли имена двух преподавателей, а затем — Андрей даже поежился — «Тоня» и «Лена». Правда, были там и другие имена, которые Андрею ничего не говорили, но тем не менее общая тенденция уже обозначилась.

— Андрюха! — торжественно произнес Гриша. — Твой попутчик — программный вирус!

Андрей молча обдумывал смелое заявление. Если бы не имена двух девиц, Андрей бы, наверное, поддержал Николая, который, сидя позади Григория, ухмылялся и недвусмысленно крутил пальцем у виска. Но имена девиц были названы, и списать такое совпадение на случайность Андрей не решался. Ну не мог же Гриша в самом деле незримо присутствовать в квартире аспиранта Алеши!

— Гриша, — жалобно произнес Виктор. — А кто же тогда мы?

— Программы! — уверенно заявил Гриша. — Каждый человек — файл! А все человечество — программный комплекс!

— Ха! — сказал Коля. — И кто же нас написал?

— Не знаю, — пожал плечами Гриша. — Разве программа может знать, кто ее автор? Условно его можно назвать Программистом, а можно и Богом — это дело терминологии.

— А вируса кто написал?

— Другой Программист!

— Дорогие дети! — произнес Коля тоном детсадовского воспитателя. — К нам на елку прилетел злой дядя на летающей тарелке!

— Зря смеешься! — обиделся Гриша. — Может, так оно и есть. Вполне возможны целые вирусные цивилизации, которые действуют по принципу авианосца — повсюду рассылают свои ударные единицы.

— Для чего? — спросил Коля.

— А для чего мы живем? — парировал Гриша.

— Прекратите, — вмешался Андрей. — Нам только дискуссии о смысле жизни не хватало. Григорий, а как ты себе представляешь работу злого вируса?

— По аналогии с программным. — ответил Гриша. — Вирус ведь тоже программа. Сначала он цепляется к какому-нибудь файлу; потом некоторое время, которое называется инкубационным периодом, ничем себя не выдает, а затем начинает все разрушать.

Андрей вспомнил плачевное состояние станции, где подсел попутчик, и согласно кивнул. Потом вспомнил иные аналогичные места и пришел к выводу, что если это результат деятельности вируса, то поработал тот весьма основательно.

— Ну хорошо. — сказал Андрей, все еще сомневаясь. — Я согласен, что твоя теория не лишена здравого смысла. Но ведь вирусная программа невидима! В каталоге ее нет, действует скрытно, рассмотреть себя не позволяет. А попутчик — пожалуйста! Мы все его видели.

— Ошибаешься, — улыбнулся Гриша настолько уверенно, что Андрею стало не по себе. — Попутчик тоже невидимый, но только в другом смысле.

— В каком это? — недовольно пробурчал Коля, чувствуя, вероятно, что Гриша постепенно убеждает и его.

— Ну сами посудите! — Григорий явно торжествовал. — У каждого из нас есть паспорт, прописка, свидетельство о рождении и целый ворох других документов. Есть?

— Ну, есть

— А у получка наверняка нету. Так что для официальных властей он невидим. Милиция, например, им даже заниматься не станет. А какой смысл? На работу не сообщишь, денег у него нет, да и законов он, скорее всего, не нарушает. Ну отсидит, в крайнем случае, пятнадцать суток — и все!

— М-да, — сказал Андрей. — Вообще-то логично.

— И кроме того, — продолжал Гриша. — У нас, например, есть родственники, друзья, знакомые, а у него? Если у него нет никаких связей, то получается, что он абсолютно невидим!

— Ребята, — произнес Виктор озабоченно. — По-моему надо заявить куда следует. А вдруг он и вправду шпион? Я слышал, что на Западе паспортов и прописки тоже нету...

Возникла неловкая пауза. Как-то даже неудобно было растолковывать Виктору элементарные вещи.