— Разрешите пригласить вас на танец? — спросил я вполне официальным тоном, но без лишнего льда в голосе.

— Конечно, — неуверенно пролепетала девушка и робко улыбнулась, что никак не вязалось с ее происхождением и богатством места, где мы находились.

«Или это она так стесняется меня?» — родилась в голове странная мысль.

Это было бы странно, дочь князя с раннего детства знала о своём статусе в обществе. И ее определенно наставляли в разных дисциплинах.

Заиграла музыка, возвещая о новом раунде выступлений, и мы закружились в танце.

Делая второй оборот, я увидел, как Женю зовет танцевать барон Серебрянский, внезапно оказавшийся рядом. Женя натянуто улыбается, бросив взгляд на меня, потом соглашается, подавая ему руку. Встретив мой взгляд, она тут же отвернулась.

Мне показалось, что княжна танцует со мной не с такой большой инициативой, хоть и немного с интересом. Но в то же время не упускала момент оглядываться вокруг и смотреть на гостей. Скорее всего, этот танец был инициирован не ею самой, а отец ей сказал, что так надо.

Я же тем временем по возможности поглядывал за танцем Евгении с бароном Серебрянским. Похоже, барон нарочно старается показать мне, что может танцевать с девушкой лучше меня. При этом он почти постоянно смотрел мне в глаза, практически при каждом па. Он то и дело проворачивал партнёршу, наклонял назад.

Женя явно чувствовала себя не в своей тарелке и была максимально напряжена, хоть и старалась не подавать вида. Рука барона периодически скользила вниз по ее спине, норовя пройти запретную линию, но Женя каждый раз изящно поворачивалась, прерывая хитрый манёвр, или незаметно для окружающих убирала его руку, не давая наглецу схватить себя ниже пояса.

А она молодец. Вроде и без грубости, и в то же время на коне. Увы, но в обществе без этих уловок никак девушкам нельзя, ведь далеко не всегда удается находиться в обществе только тех людей, что тебе приятны. Скорее, чаще всё как раз наоборот.

Музыка закончилась. Я поблагодарил княжну за танец, та сделала реверанс, потом, развернувшись, быстро удалилась, чуть ли не убежала в сторону ближайшего выхода из зала. Странная она.

Повернув голову, я увидел, как барон Серебрянский целует руку Жени с явным излишеством чувств. Девушка смотрит на него, как снежная королева, желающая превратить весь этот мир в мёртвый лёд, потом довольно резко убирает руку, не грубо, но твердо.

Я подошел к ней, и мы вместе отошли немного в сторону, где стояли наши телохранители. Так получилось, что Серебрянский со своей свитой и друзьями теперь расположились совсем недалеко от нас. Скорее всего, умышленно, но делали вид, что меня не видят.

В то же время в их компании довольно громко что-то обсуждали с периодическим упоминанием моей фамилии. Из того, что мне удалось расслышать, они считают, что я целитель и буквально позор рода, которому позарез нужны только боевые маги.

— И отец, и дед, и два брата — все являются довольно сильными боевыми магами, — вещал неизвестный мне мужчина, стоявший к нам спиной. — А этого наследничка буквально соломиной перешибешь.

Сам барон довольно улыбался, а его собеседники подхалимски хихикали и поддакивали, подтверждая его фразу про позор рода. Я все это довольно отчётливо услышал, но старался не реагировать, а главное — не менять выражение лица, лишь с интересом прислушивался.

Женя тоже все это слышала, взгляд ее стал настороженным, будто она опасалась моих ответных действий. Девушка даже осторожно сжала мою руку, старалась меня успокоить.

— Не переживай, всё в порядке, — улыбнулся я Евгении. — Мне даже интересно, что еще они расскажут.

В этот раз Серебрянский решил добавить жару. Говорил вроде бы как приглушенно, но явно с расчетом, чтобы я обязательно услышал.

— Княжич — пустышка, а девка-то его горячая штучка! — произнёс этот плохо воспитанный господин похотливым тоном, от которого меня покоробило. Одно дело, пытаться задеть меня, но другое… моих близких. — Был бы не против её «потанцевать» где-нибудь в другом зале с мягким покрытием.

Ну, это уже абсолютный перебор! Вопреки моей воле, я почувствовал, как мои зубы сжались до скрипа и заиграли желваки. Теперь барон явно взял на себя лишнего, я начал закипать и готов был открутить его бестолковую голову.

Так, стоп, Ваня! Успокойся, это осознанная, спланированная провокация! Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Всё равно он меня не возьмёт словом, пока он там говорит среди своих. Я буду лишь иметь это в виду. Но кулаки уже чесались пойти начистить этому мужчине физиономию, хоть это будет и не по-княжески.

Я специально отвернулся от их группы и обвел взглядом зал, когда услышал неторопливо приближающиеся четкие шаги. Обернувшись, я увидел, как к Евгении подошел барон Серебрянский.