— Вы настолько в себе уверены, чтобы предлагать подобное мне? — усмехнулся я. — Если выпадет тот самый мой шанс, один из миллиона, как вы, видимо, предполагаете, то ваше баронство станет моей собственностью, а ваши маги-диверсанты, покушавшиеся на чужую собственность, перейдут в моё подчинение.

— Легко, — рассмеялся барон, уверенный в своём превосходстве. — Такое условие меня абсолютно не пугает, так как и столь малого шанса у вас попросту нет. Предлагаю помолиться напоследок, замолить грехи, вдруг в раю местечко найдётся.

Я ещё раз оглянулся в сторону, где стояла Евгения. Девушка была крайне взволнована, но ни словом, ни жестом не пыталась меня отговорить. И это правильно, я всё равно своего решения не изменю, и она поняла это по моему взгляду. Чтобы её хоть как-то успокоить, я улыбнулся и подмигнул ей.

— Снимаем пиджаки, Иван Владимирович, — со вздохом уставшего от суеты человека сказал Серебрянский. — Всем окружающим известны их защитные свойства.

— Не знаю, как ваша, а моя сила не в пиджаке, — совершенно спокойно ответил я и так же спокойно снял его, собираясь аккуратно положить на газон в стороне, но в этот момент Матвей отделился от толпы и забрал мой пиджак.

Встретившись со мной взглядом, он поднял кулак. Мол, крепись, брат, сделай так, чтобы они узнали, что такое боевой целитель.

Мы с бароном вернулись на исходную. Но перед этим я увидел в одном из окон замка силуэт князя и его супруги, которые тоже решили посмотреть на представление.

Ничего, будет вам шоу.

Барон без предупреждения и, не дожидаясь, когда я посмотрю на него, начал швырять в меня огненные шары один за другим. Такое впечатление, что он пока не пытается меня убить, а просто прощупывает мою оборону. Я без труда уклонился от нескольких таких шаров. Серебрянский, судя по слегка вытянувшемуся лицу, несколько удивился лёгкости выполнения уклонения и начал метать шары уже более серьёзно, с гораздо меньшим интервалом и более прицельно.

Вспомнились тренировки с наставником на тренировочной площадке замка, когда наставник кидал в меня картошку, а я должен был уворачиваться, чтобы она меня не коснулась. Я ещё два раза увернулся, один раз пришлось сделать кувырок. Когда я встал, пролетевший мимо моего лица огненный шар слегка обжёг щёку.

Серебрянский довольно улыбнулся и продолжил игру. Пора бы уже показать ему, где чьё место.

Энергия молнии в руке накоплена по максимуму, по пальцам побежали яркие золотистые искорки. Я направил не особо мощный разряд ему точно в живот, когда он этого не ждал, но молния не достигла цели, словно размазавшись по невидимой преграде. Сработал щит.

Насколько я знаю, у Серебрянского лишь один дар, и это стихия огня. Значит, щит поставил кто-то другой. Я ещё выпустил несколько разрядов, не давая тем самым какое-то время бросать оппоненту огненные шары. У дальнего края толпы зрителей я заметил сосредоточенного парня, скорее всего, это и есть маг-щитовик, который прикрывает мужчину. По дуэльному кодексу вмешательство посторонних в бой запрещено, барон поступает совершенно нечестно.

Мой взгляд перехватил Стас и удивительно всё быстро понял. Позади толпы зевак он подкрался к щитовику и, стараясь сделать это незаметно для окружающих, как следует врезал ему локтем под рёбра, сбивая напрочь концентрацию.

Следующий удар я нанёс более прицельно, поражая барона Серебрянского в плечи и кисти разрядами средней мощности. Теперь они беспрепятственно достигли цели. Мой противник коротко вскрикнул, упал на землю и начал биться в конвульсиях. Кто-то слишком сильно зазнался и совсем не ожидал, что его план раскроют так быстро.

Наблюдавшая за поединком толпа громко охнула, больше с разочарованием, ведь всё закончилось довольно быстро. Я в несколько шагов оказался рядом с бароном и приложил руку к сердцу, начиная вливать целительную энергию мощным потоком. Сбившийся частый ритм быстро восстановился, судороги прекратились, непутёвый барон начал приходить в себя.

— Не угадал, Павел Валерьевич, — сказал я, глядя в его расширенные от ужаса глаза. — Просто так ты от меня не уйдёшь.

В этот момент несколько человек подхватили меня сзади под руки и начали мягко отстранять от барона. Я обернулся и увидел гвардейцев князя. Они не собирались причинить мне вреда, а просто делали вид, что разнимают драку. Ну и пусть, за жизнь пообещавшего мне так легкомысленно своё имущество я уже спокоен, разве что только он сам решит теперь прервать свою жизнь, я бы на его месте призадумался. Все равно слишком много свидетелей было во время нашего спора, чтобы от этого можно было так легко отмахнуться.

Серебрянский, сильно пошатываясь, начал медленно подниматься на ноги. К нему тут же подскочили его телохранители и поддержали, чтобы тот снова не распластался на примятом газоне. Барон всё ещё пребывал в шоке, разглядывая свои обожжённые руки. Раны на них я залечить не успел, да и не сильно-то и хотелось.

— Твоё баронство теперь моё, — без лишних эмоций сказал я Серебрянскому, спокойно надевая пиджак, который мне отдал Матвей. — Я тебя спас только для того, чтобы ты подписал мне дарственную.