Я чувствовала, как в воздухе потрескивает напряжение, и ощущала ту тонкую нить контроля, за которую Райкер держался из последних сил. Мой пульс забился о ребра, когда я пошевелилась, пытаясь сориентироваться.

Кадеты из «Цитадели» застыли, их руки зависли над ремнями.

Пистолеты.

В животе похолодело.

Я схватилась за рубашку Райкера, с силой потянув ее.

— Райкер...

Его хватка не ослабла. Дыхание не изменилось.

Но его голос?

Он стал ниже, смертоноснее.

— Ты сейчас уйдешь, Ралстон. Вы с твоими приятелями уберетесь с моих глаз долой, пока я не решил, что мне плевать на шум. Кроме того, это ты протаранил нас, помнишь? Я уверен, что камеры на перекрестке с удовольствием подтвердят этот факт.

Челюсть Мэтта напряглась. Его сокурсники неловко переступили с ноги на ногу.

Райкер еще мгновение выдержал его взгляд, прежде чем наконец отступить.

Мэтт провел рукой по своим коротким волосам, пытаясь выглядеть безразличным. Но я видела там страх.

— Ладно. Еще увидимся.

Затем, один за другим, кадеты из «Цитадели» попятились, рассаживаясь по двум седанам, припаркованным у обочины. Шины завизжали, когда они сорвались с места и скрылись за углом, оставив после себя лишь удушающую тяжесть от того, что только что произошло.

Долгую секунду никто из нас не двигался.

Затем Райкер повернулся, обхватив мое лицо обеими руками; его хватка была твердой, но не жестокой, а большие пальцы скользили по моим скулам. Его дыхание было поверхностным и неровным.

— Ты ранена? — его голос звучал низко и гортанно.

Я покачала головой.

— Не думаю.

Он прищурился, окидывая меня взглядом, его пальцы скользнули по моим рукам, бокам, проверяя на наличие травм.

Мое дыхание сбилось, но не от страха.

Даже близко нет.

Его руки. Его прикосновения. Даже сейчас, после засады на улице, мое тело все еще реагировало.

И Райкер? Он тоже это чувствовал.

Я увидела перемену: то, как сверкнули его темные глаза, как его пальцы задержались на моей талии, как его хватка усилилась на секунду, прежде чем он оторвался от меня.

— Пошли, — пробормотал он, поворачиваясь к машине, которую Маркус подогнал к обочине.

Я едва услышала звук работающего двигателя, мое тело все еще вибрировало от адреналина. Но когда Райкер повел меня вперед, на поверхность вырвался один вопрос.

Откуда Маркус узнал, что нужно приехать сюда?

Райкер не звонил ему — его телефон все еще лежал в кармане, нетронутый после аварии. А у меня уж точно не было времени отправить сигнал бедствия. Но Маркус появился именно тогда, когда он был нам нужен, подъехав к месту так, словно выслеживал нас все это время.

Я повернулась к нему, но выражение его лица ничего не выдавало. Его руки уверенно лежали на руле, поза была расслабленной, будто он не оказался только что рядом с нами в нескольких дюймах от смерти.

— Маркус, — произнесла я еще хриплым голосом. — Как ты...

Его взгляд метнулся ко мне. Непроницаемый.

— У нас есть свои методы.

Я нахмурилась. Методы? Какие методы? Это был не ответ. Это была отговорка.

Прежде чем я успела настоять на своем, Райкер открыл дверцу машины и подтолкнул меня внутрь; его хватка была твердой, но осторожной, словно я могла разбиться.

Я заколебалась.

— Куда?

Его взгляд метнулся к моему.

— Домой.

Я тяжело сглотнула, а пульс замер.

Не в мой дом. В его. В Доминион-холл.

Он не спрашивал.

Он утверждал.

И я не стала с ним спорить.

РАЙКЕР

Изабель продолжала спрашивать про «Бентли». Про аварию. Про Ралстона. Про то, не следует ли нам позвонить в полицию.

Маркус вел машину; его руки уверенно лежали на руле, пока он пробирался по улицам обратно к Доминион-холлу. Я сидел на пассажирском сиденье, сжимая пальцы на бедре, пытаясь усмирить бурю, все еще бушующую внутри меня. Ребра ныли. Лицо саднило от пореза над глазом. Но все это не имело никакого значения.

— С этим разберутся, — просто сказал я.

Изабель повернулась ко мне, глядя так, будто я не улавливал сути.

— Разберутся? — переспросила она без дыхания, сжимая руки на коленях. — Что это вообще значит?

Я не ответил. Потому что Изабель и понятия не имела, какой властью обладало состояние Дейнов. Корпорация «Доминион Дефенс» была не просто частной военной империей; мы запустили свои руки во все сферы — оборонные контракты, кибербезопасность, глобальную логистику. А на местном уровне? Нам принадлежала половина правоохранительных органов Чарльстона. Не в коррумпированном смысле, не так, как политики набивают карманы и покупают влияние. Нет, это было наше собственное правосудие.