Но, как я понял, леди Бастет сказала не это. Не совсем так.

В моей памяти всплыло, как её фиолетовые губы складывали слова. Доверься тому, кому твое сердце доверяет меньше всего.

Да, именно это она и сказала. Сердце. И это одно-единственное слово изменило все. Предсказание больше не подходило Арно Торну, но оно идеально соответствовало моим чувствам к Кэролайн Рид. Кэролайн была единственной, кому я должен был доверять, той, кто все это время предлагал мне помощь.

Я с отвращением пнул ногой пол.

Табита была права. Я позволил своему израненному сердцу сыграть злую шутку. Я был так одержим желанием наказать Кэролайн за то, что она предпочла Ангелуса и фейри мне, что захлопнул дверь перед её предложением, перед ней самой.

— Прости — сказал я.

Эти слова были адресованы не только Кэролайн, которая всегда помогала мне, как я мог забыть об этом? Я также хотел извиниться перед моей матерью, которая пожертвовала своей жизнью ради моего будущего. Это было извинение перед моим дедушкой, который защищал меня способами, которые я до сих пор не могла до конца понять. Мое отвращение к себе сменилось тяжким грузом разочарования.

Я подвел их. И, поступив так, я выпустил на волю проклятого теневого демона.

Я также потерял все шансы отомстить убийце моей матери, главе группы, которая, возможно, все еще замышляла что-то против Ордена.

— Прости — повторил я, и темнота поглотил мой голос.

Я вздохнул и дотронулся до монеты, висевшей у меня на шее. Тепло, которое, как мне казалось, исходило от металла, исчезло. Я начал засовывать его обратно под рубашку, и замер.

Эд.

Сдавленный смешок вырвался из моего горла.

Эд! Мой голем! Тот, которого я оживил, чтобы он следовал за Хоффманом. Он все еще мог быть где-то там, амулет, который питал его, болтался на его глиняной шее. Когда, по словам Хоффмана, он его видел? Неделю назад?

Я встал и принялся расхаживать по кругу, не желая слишком волноваться, но и не желая терять слабую надежду. Как мой голем, Эд был бы мне доступен. Для этого не требовалось магии, просто сосредоточиться.

Калейдоскоп цветов плясал у меня перед глазами, пока я сидел в своей сосредоточенной позе. Это было рискованно, я не ожидал, что Эд продержится больше нескольких дней. Но разве один или два марсохода не работали на поверхности Марса на годы дольше, чем им полагалось? Конечно, в своих мыслях я смешивал робототехнику и магию, но все же … Мне нужно было, чтобы Эд обладал такой же мужественной стойкостью.

Я сделал глубокий вдох, закрыл глаза и сосредоточился на своем творении.

Мгновение спустя мир пришел в движение.

— ...вопрос в том, чтобы найти подходящее предприятие, понимаешь, о чем я говорю?

Как в карусели, движение вверх-вниз замедлилось, а затем и вовсе прекратилось. Мне показалось, что я нахожусь внутри гипса, и я выглянул наружу, в комнату, полную неясных очертаний.

Я выбрался из хранилища. Это сработало!

— И, чувак, не слушай, что говорят на улицах — продолжил сонный голос рядом со мной — Черт. На этом можно заработать, если у тебя подходящее предприятие. Тогда все, что вам нужно, это капитал.

Мои ноги, или, скорее, ноги Эда, были вытянуты передо мной. Я узнал брюки, которые подарил ему, хотя теперь они были заляпаны грязью. Его ботинки то ли сняли, то ли украли. На меня уставились две пары серых, массивных носков. Остальная часть комнаты за его ногами стала смутно различима. Я был в спальне, заваленной матрасами и томными телами. Тела лежали друг на друге, дым поднимался от их желтых пальцев и губ.

Каким-то образом Эд оказался в ночлежке.

Газеты соскользнули с меня, когда я ощупал правую руку, затем левую. Движения были скованными и неуклюжими. Я ощупал грудь в поисках амулета. Он все еще был под рубашкой, хотя сила, поддерживавшая жизнь Эда, убывала.

Когда я попытался встать, чья-то рука, обхватившая меня за шею, удержала меня.

— Подожди секунду, чувак — произнес сонный голос — Тебе нужен капитал, а это значит, что тебе нужно искать инвесторов. Но лучше получить ссуду, понимаешь? Тогда вам не придется делить собственность. Проблема в том, что мой кредит под угрозой. Судимость тоже никому не поможет. Вот тут-то ты и мог бы мне пригодиться.

Мужчина, склонившийся надо мной, был изможден, на его костлявом лице виднелись редкие царапины на бровях и усах. Свободной рукой он зачесал назад копну хрупких на вид волос. Он несколько раз моргнул, его полуприкрытые глаза в глубоких впадинах глазниц напоминали мускатные гроздья винограда.

Я попытался сказать ему, чтобы он отпустил меня, что мне нужно уйти, но в ответ раздалось лишь невнятное бормотание.

Рот мужчины растянулся в улыбке.

— Да, чувак, ты видишь, к чему я клоню. Делим пополам. Даже Стивен. Ты обеспечиваешь кредиты, а я управляю предприятием — Он прижал меня к себе еще крепче, пока козырек моей бейсболки "Метс" не уперся ему в лоб — Послушай, чувак, я не говорю это кому попало, но у тебя такой вид. Я доверяю тебе. И я скажу вам прямо сейчас, что я честный человек. Я не лгу, не мошенничаю, не ворую. Ничего подобного. Больше нет. Все это дерьмо осталось позади, это так же точно, как то, что я сижу здесь.