Шрифт:
— Готовь воинов, Ближний, — приказал Вожак. — Мы выступаем на рассвете.
Глава 21
— Кость! — я подлетел первым, схватил его за плечи, встряхнул. — Ты ранен? Цел? Что случилось?!
Он только растерянно моргал, словно не понимая, где вообще оказался.
— Слышишь меня? Понимаешь, где ты?
— Я… я не знаю… — наконец выдавил парень. — Я просто… просто смотрел… а оно само… засветилось… и тогда…
— Что засветилось? — Алина подошла ближе, с тревогой оглядывая его.
Костя перевёл взгляд на свои руки. На книгу, которую всё ещё сжимал.
— Она, — прошептал он. — Книга.
Я протянул руку.
— Ты что, с фонда что-то стащил? Это же нарушение. Дай сюда.
Костя послушно, даже не пытаясь возражать, сунул мне книгу. Она была тёплой — слишком теплой для старого пергамента. Пальцы ощутили пульсацию, едва заметную, но отчетливую. Как сердцебиение.
Я повернул книгу, чтобы рассмотреть переплет. Темная кожа. Металлические застёжки. Странный, почти незаметный рисунок на обложке — глаз с вертикальным зрачком.
У меня внутри всё оборвалось.
Я узнал эту книгу. Не мог не узнать. Потому что совсем недавно уже держал ее в руках.
— Этого не может быть, — выдохнул я.
— Что? — Алина шагнула ближе, вглядываясь. — Алексей, что там?
Я поднял на неё глаза.
— Эта книга. — Голос мой звучал глухо, будто не мой. — Она из подземелья. Из библиотеки того колдуна.Там все сгорело. Я видел, как книги горели.
Алина побледнела.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
В коридоре повисла тишина. Только где-то далеко, в глубине Архива, снова загудело — тот самый низкий, тревожный гул, с которого всё началось.
— Костя, — я повернулся к парню, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Откуда она у тебя?
Он всхлипнул. Глаза его наполнились слезами, губы задрожали.
— Леха… я… я не хотел… — выдавил он. — Я не знал, что так получится…
— Откуда она у тебя? — повторил я жёстче, хотя уже понимал, что произошло и как она тут оказалась.
Костя шмыгнул носом, вытер рукавом глаза. Вид у него был совершенно убитый.
— Там, в подземелье… когда меня послали эти маги… я спускался, собирал, что осталось. Пепел, обгоревшие корешки… И вдруг — она. — Он показал на книгу. — Лежала в стороне, под каким-то камнем. Целая, невредимая. Будто её туда специально положили.
— И ты её взял, — закончил я.
— Да. — Костя снова всхлипнул. — Я не знаю, почему. Просто… рука сама потянулась. Я понимал, что нельзя, что это не по правилам, но… Леха, ты не представляешь, как я всю жизнь мечтал о даре!
Он вдруг заговорил быстро, захлебываясь словами, будто боялся, что его перебьют.
— Я же не маг. Из простой семьи. У нас никогда не было магов, никакого фамильного дара, ничего. А я с детства читал про магию, смотрел, как другие колдуют, и мечтал… хоть искорку, хоть крошечную силу… Поэтому и в Архив устроился, чтобы быть ближе ко всему этому.
— И ты подумал, что книга может дать тебе эту силу? — спросила Алина.
Костя кивнул.
— Она… она же из той библиотеки. Из колдовской. Я думал, может, там есть заклинания для начинающих. Ну, чтобы просто попробовать…
— Ты идиот, — выдохнул я.
— Знаю! — зарыдал Костя. — Знаю, что идиот! Но когда я увидел её, у меня в голове будто замкнуло. Я спрятал её, привёз в Архив, а сегодня… сегодня решил попробовать.
— Что ты конкретно сделал? — Алина шагнула к нему, вглядываясь в лицо. — Какое заклятие активировал?
— Я не знаю! — Костя замотал головой. — Я просто открыл книгу, провёл пальцем по странице… там буквы засветились… и всё!
— Не бывает так — просто пальцем провел!
Алина выхватила у меня книгу.
— Где раскрыл — показывай!
Костя пролистал страницы, остановился на одной с рисунком восьмиконечной звезды.
— Тут…
Алина пробежала глазами по тексту, и лицо её побелело ещё сильнее.
— О боги, — прошептала она.
— Что там? — спросил я, подходя ближе.
— Портальные заклятия. — Она ткнула пальцем в страницу. — Смотри. Здесь схемы пространственных переходов. Ритуалы открытия врат между мирами.
Костя замер.
— Портальные? — переспросил он. — Я… я хотел быть мастером порталов! Это же круто! Открывать двери куда угодно…
— Ты хоть понимаешь, что натворил?! — рявкнул я. — Это не игрушки! Это чёрная магия высшего уровня!
Книга в руках Алины дёрнулась. Страницы затрепетали. По комнате прошла волна — ощутимая, тяжёлая, от которой заложило уши.