Даже не верится, что алхимиков здесь почти не осталось.

Нужно держать температуру снизу, давление сверху и движение внутри котла. Сложно — да, но для меня это привычные движения. Что не скажешь про это тело. Нагрузка может оказаться слишком большой, но сделать это необходимо.

Каждый ингредиент раскрывается в свой момент. Чуть раньше — состав станет слабее. Чуть позже — начнётся конфликт аспектов.

Я опустил листья магоцвета в отдельную маленькую ёмкость рядом с котлом. Для них хватит слабого отвара.

Сначала обезболивание, потом подавление воспаления, затем основное зелье. Всё должно работать вместе, иначе волк очнётся посреди надреза и откусит мне руку.

Или Гар решит, что я его зверя убиваю. Оба варианта мне совсем не нравятся.

Сердцевину я пока не трогал. Основу нужно было разогнать.

Вода в котле закипела без пузырей. Поверхность просто поднялась, стала плотной, как стекло, и внутри неё начали вспыхивать маленькие зелёные точки. Лунный корень раскрылся первым. Я сжал пальцы, направляя аспект жизни к центру.

Потом пошла роса быстролиста.

Жидкость резко закрутилась. Слишком резко, слишком быстро. Нужно было замедлять этот процесс.

Котёл дёрнулся на крюке, и часть состава плеснула к краю. Я успел удержать её тонкой полосой энергии и вернуть обратно. По запястью снова прошла боль. Каналы недовольно отозвались пульсацией.

— Спокойно, куда торопишься? — выдохнул я и снизил напор пламени.

Движение нужно не подавлять, а направлять. Начал вращать поток внутри котла медленнее. Для начала против хода энергии, затем по ходу. Три круга.

Небольшая передышка для меня и зелья. С непривычке телу сложно уловить ритм и суть дела.

Ещё одна небольшая пауза. Ещё два круга «ада». Состав постепенно перестал биться о стенки и пошёл ровнее.

Я выдохнул, прокрутил процесс в голове. Всё шло именно так, как я и запланировал, хоть в это и верилось с трудом. Всё-таки цветок был с характером.

Янтарная смола растворялась долго. Она сопротивлялась не хуже магоцвета, только иначе. Не разрядами, а вязкостью. Вода густела, становилась тяжёлой, и лекарское пламя начинало проседать.

Пришлось добавить энергии. Сил не хватало.

Не много, а именно столько, чтобы удержать нагрев.

Капля пота скатилась по виску. не стал её вытирать. Любое лишнее движение может сбить контроль. Главное случайно не чихнуть…

Сердцевина магоцвета лежала рядом и тихо светилась.

Время пришло.

Я взял её зажимом, поднял над котлом и остановился на пару секунд.

Если бросить целиком, она может взорваться зарядом. Если измельчить, потеряю часть силы. Значит, нужно растворить слоями.

Я подвёл к сердцевине тонкую нить лекарского пламени. Синий свет снова тут же вспыхнул ярче. Поверхность сердцевины начала таять, выпуская в котёл первую струю густой энергии.

Состав отреагировал мгновенно.

Вода стала синей. Потом зелёной. Потом снова синей, но уже с серебристыми прожилками. Котёл загудел. На стенках проступили тёмные пятна.

Один из углей вылетел из очага и покатилась по полу. Я не мог оторвать руки, поэтому просто вытянул ногу и придавил её подошвой. Жар прошёл через кожу сапога, но терпимо.

В котле поднялся тёмный сгусток.

Вот он — герой всей пьесы.

Лишняя грязь. Не от ингредиентов, а от реакции. Если оставить, зелье даст побочный эффект: жар, судороги, возможно, временную слепоту у зверя. Не смертельно, но к чёрту такое счастье.

Я раздвинул пальцы правой руки, вытянул из пламени тонкий крючок энергии и опустил его в котёл. Тёмный сгусток начал уходить от него, прятаться в слоях состава.

— Ну уж нет, — процедил я.

Крючок разделился на три нити. Одна перекрыла движение, вторая прижала сгусток ко дну, третья подцепила его снизу. Пламя вокруг котла дрогнуло. Сердцевина магоцвета вспыхнула в последний раз и почти полностью растворилась.

Сгусток рванул в сторону. Я сжал кулак.

Из котла вылетела чёрная капля и упала на заранее приготовленную металлическую пластину. Металл зашипел, покрылся мелкими трещинами и почернел.

Хорошо, что не в зелье. Я выдохнул через нос, но расслабляться ещё рано.

Последний этап — слияние. Самый ответственный.

Я уменьшил жар пламени. Жидкость в котле перестала бурлить. Цвет выровнялся до глубокого синего с зелёным отблеском. Запах стал травяным, чуть горьким, но без гнили и кислой резкости.