— С месяц, но тип осторожный, в сотне километров засел в берлоге, так что у вас… — он подсчитал в уме, — почти не осталось времени, дня три-четыре от силы.

— Та-а-ак, — протянул я, — мне нужно точное место, где сидит эта гнида.

— Конечно, всe будет, только лучше не напрямки, сам понимаешь — засечeт, обогните его…

— Разберeмся, главное точное место укажи.

— Принято. А что касается других сведений… Мы в курсе обо всех посещённых тобой мирах и знаем, что у тебя были тайные встречи с кем-то в «Оранжевом-5», но с кем пока не выяснили, работаем над этим. Работали. Мы допросили Рындина на предмет действия твоего меча и вообще всех, кто от него пострадал. Да я и сам многое видел. Объект связан с волей хозяина и может ранить чужаков по своему усмотрению. Артефакт VI поколения, подаренный тебе неким наставником по имени Аластор.

— Ого.

— А чего тут удивляться? Деревенские твои выдали и про обучение, и про тренировки — про всe. Стало понятно, откуда ты получил хорошее образование вдали от города. Проверив библиотеку в твоём старом доме, мы связались по адресам со всеми букинистами. Что странно, книги покупались с разницей день-два, а то и в несколько часов. Мы составили точную карту его визитов и сверили время в старых гроссбухах там, где они ещe остались. Когда тебе было 11 лет, в августе в среду в 10 утра 1807 года в Лондоне Аластор за чистое золото приобретает исторический трактат, а через 3 часа торговец в Веймаре, в центральной части Германии, фиксирует покупку небесного атласа Корбиниануса. И таких совпадений уйма, мы проверили только треть библиотеки. Он побывал в каждой части света, на каждом материке и по нескольку раз. Наши коллеги из разных стран помогли с проверками.

— Ну и наделал же он шумихи, — улыбнулся я.

— Время совпало с твоим воспитанием. Ты никогда не задавался вопросом, откуда у старика с котомкой вдруг взялось столько вещей? Откуда он брал деньги, не работая, и как умудрялся бывать в нескольких местах сразу?

— Честно, мне было всe равно. Я радовался, что хоть кто-то не прогоняет и разговаривает со мной как с человеком.

— Есть свидетели в вашей деревне, видевшие, как он летал. Летал! Но это не объясняет ту сумасшедшую скорость, с которой он перемещался по земному шару. Скажи, это ведь он создатель врат?

— Да-а-а, ничего себе вы продвинулись.

— Аластор умел телепортироваться без ограничений — к такому выводу пришла разведка. Куда он пропал?

— Без понятия. Ушeл в открывшиеся врата, ничего толком не объяснив. Только меч и книгу подарил.

— Перемещение в пределах Земли? — глаза Александра загорелись нездоровым блеском. — Неужели я что-то упустил? Надо проверить, надо проверить… Твой учитель не мог не оставить такую магтехнологию…

— Ты плохо его знаешь, ещe как мог, — фыркнул я, вспоминая нрав Аластора. — Из вредности, либо по своим причинам, — я похлопал по ножнам, привлекая к ним внимание. — Я всё задавался вопросом: почему только один меч, у него же была возможность создать больше? Почему не десять, не сто? Почему не облегчить ещё чем-то мне путь? С такой силой, как у него — без проблем. Зачем вообще перекладывать такую ответственность на мальчишку?

— И что нашeл ответ?

Я пожал плечами.

— Не знаю, запомнил только его последнюю фразу: «Я здесь всего лишь странник… и не имею права оставлять после себя ещё больший хаос. Всё вернётся на круги своя. Нет, судьба этого мира пойдёт по иному пути — ты покажешь ему этот путь…».

— Миры людей! — выкрикнул Чечевичкин так, что мы дёрнулись от неожиданности.

— Потише, головастый, — зажмурился Юра, прочищая мизинцем ухо.

— Миры людей, — повторил учёный тише. — Аластор подразумевал их: «Я не имею права оставлять после себя ещё больший хаос». Он тяготился ответственностью. А за что ещё переживать, как не за людей и гибель мира?

— Миры чёрных рангов когда-то были заселены людьми… — продолжил Юра, понимая, к чему клонит Чечевичкин.

— Именно, — храмовник от возбуждения встал и заходил по кухне. — Ты говоришь, он не оставил тебе лишних козырей, что он знал наш мир как свои пять пальцев, был умён как сверхчеловек. То есть Аластор пробыл здесь достаточно долго и ничего не сделал сам, только воспитал сироту, подарил всем феномен врат и был таков. Что, если его прямое вмешательство и есть угроза? Что, если он действительно сам не мог ничего сделать?

— Ты пытаешься протянуть взаимосвязь между нашим миром и погибшими чёрными? — уточнил я.

— Да, да, да, — Чечевичкин трижды стукнул по ладони кулаком. — Это то, что нас ждало бы. Катастрофа. «Всё вернётся на круги своя» — отдача за нарушение некоего равновесия сил, полагаю, Аластор на неё намекал. И вместо прямого решения вопроса предпочёл действовать окольным путём — через тебя.

— Откуда ему знать, что нам грозит? Разве только будущее ему доступно или… — я осёкся, понимая, насколько ужасна эта мысль. — Или он как-то причастен к концу света в чёрных мирах.

— Куда-то не туда вас понесло, он же не бог какой-то, — с сомнением возразил Юра. — Корпус полагает, что это более продвинутая в магических технологиях раса людей. Одного из них занесло к нам. Сомневаюсь, что Аластор божественная сущность.

— Он управлял своим возрастом, — прошептал я, — мог менять личину на какую захочет и омоложаться — я лично это видел перед прощанием. Нынешнее исцеление на такое не способно.

— Собственно, оттого сейчас нездоровый интерес к «Чeрному-4», — добавил Абросимов. — Артефакты — это хорошо, но вот знания о другой магии — это следующий виток в развитии. Само существование Аластора кричит о новых возможностях. Смог он, сможем и мы, а там и Великих князей приструнить недалеко.