Вот это было показательно. Не появление подкрепления. И не прибытие начальства. В их реакции читалось что-то другое: глава клана оказался там, где его по всем правилам не должно быть. И никто, похоже, не знал, зачем он пришёл лично.

Данте на мгновение повернул шлем вверх. Потом снова посмотрел на змею и чуть изменил стойку. Щит остался поднят, золотая Ци всё ещё плотным слоем держалась вокруг тела, но теперь он выглядел иначе. Не так, будто собирался принять удар любой ценой.

Похоже он что-то понял и это заставило его изменить мнение. Значит Лерон прилетел не один.

Нижний шлюз корабля резко раскрылся и в проёме появился мужчина.

Камеры поймали его с разных углов. Одна — со стороны корабля, вторая — от нашего временного штаба на склоне, третья — с дрона, зависшего на одном уровне с кораблём. Везде картинка выглядела одинаково странно. Лишь один человек в броне. И всё. Больше никого внутри не было видно.

Я уже видел Лерона на записях, но изображение через камеры всё равно воспринималось иначе. Высокий, светловолосый мужчина со строгим, волевым лицом. Он был в тёмном боевом костюме без шлема.

Как-то уж слишком он спокоен, учитывая то, что прилетел один.

Внизу горел склон. Барьер у разлома трещал под давлением. Данте стоял в нескольких десятках метров от пасти твари, способной сбить этот корабль одним лучом. А глава Арденов смотрел на всё это так, словно оценивал не катастрофу, а плохо составленный отчёт.

Змея решила не ждать.

Радужная точка в её пасти вспыхнула, и воздух перед мордой задрожал от давления. Луч сорвался наружу.

Прямо в Данте.

Не вверх и не в корабль. Именно туда, где стоял человек с золотой Ци и поднятым щитом. Видимо, тварь уже выбрала для себя главную угрозу среди тех, кто бил её до этого, а новую не сочла опасной.

Лерон сделал короткое движение кистью.

Луч застыл в воздухе между змеёй и Данте, будто врезался в невидимую стену.

Я несколько секунд смотрел на это и не мог поверить своим глазам.

Радужная энергия продолжала давить вперёд. Передняя часть потока расползалась по невидимой плоскости. Вспыхивала, трещала, сжигала воздух, выбрасывала в стороны искры плотной Ци. Камень на земле плавился от жара луча, но дальше он не шёл.

Данте стоял совсем рядом.

Если бы эта невидимая преграда исчезла хотя бы на мгновение, луч ударил бы по нему почти без потери мощности. Но он не двигался.

Я машинально начал искать объяснение.

Корабельное защитное поле? Нет. Слишком далеко от корпуса и нет характерного мерцания. Стационарный барьер? Тоже нет. Для него нужны модули, наподобие тех, что Ардены установили заранее до того, как выманит змею. Может это какая-то техника Ци?

Я активировал обнаружение и ничего не увидел. Ни структуры потока энергии, ни самой энергии. Ничего. Только луч и пустое место, о которое он разбивался.

И тут внутри меня коротко дёрнулся источник псионики.

Не сильно и не болезненно. Скорее как отклик на присутствие схожей энергии. Я медленно выдохнул, осознавая ответ на происходящее.

— Арон, это псионика. — мысленно произнёс я.

Несколько секунд он молчал.

— Похоже на то.

Я сжал пальцы на краю панели. Похоже?! Если это псионика, то я до этого даже не понимал, насколько огромен у неё потолок возможностей.

До этого момента псионика была для меня оружием точечного применения. Лезвие в полёте. Щит под ногами. Невидимая рука, которая может сдвинуть, ударить, удержать. Опасная, скрытая, полезная сила.

То, что сделал Лерон, не укладывалось в эту схему. Он не двигал предмет. Он удерживал сам поток энергии. Плотный, бешеный, чужой поток, который должен был прожечь ущелье насквозь. И делал это одним движением кисти.

— У корабля нет активного защитного поля такой мощности, — пробормотал один из техников Арденов, стоящий неподалёку.

— Оружейные системы даже не задействованы, — почти сразу добавил другой. — Нижние орудия закрыты. Боковые тоже.

После этого оба замолчали. Они осознали, что луч заблокировали не системы корабля.

Кто-то из охотников рядом со мной тихо выругался. Оператор гильдии быстро проверил ещё одну сводку данных, потом удивлённо посмотрел на коллегу из клана Арден за соседней стойкой, но ничего не сказал.

Ардены тоже молчали. И их потрясение было куда более сильным, чем у охотников. Для гильдии происходящее было неизвестным фактором. Для людей Ардена — тайной, которая всё это время находилась рядом с ними и сейчас неожиданно вскрылась на поле боя.

Змея усилила поток.

Её тело напряглось, чешуя возле основания головы вспыхнула ярче. Камень возле пасти начал трескаться и плавиться. Воздух дрожал так, что камеры выдавали рябь даже через фильтры.