Каждый удар заставлял змею реагировать.

Барьер. Ещё барьер. Смещение головы. Короткий рывок назад. Снова барьер. Монстр впервые явно начал раздражаться.

Пасть резко раскрылась.

Я напрягся, ожидая очередной луч, но свечение было иным. Не плотный поток, а широкий радужный выброс, похожий на распахнувшуюся веером волну. Он был слабее первого удара, зато возник почти мгновенно.

Данте успел уйти в сторону. С трудом, но успел.

Золотая оболочка вокруг тела вспыхнула, когда волна всё же задела его самым краем. Одного из бойцов прикрытия приложило сильнее. Он поставил меч перед собой плашмя, зафиксировал второй рукой за лезвие и уплотнил Ци, но броня на груди сразу задымилась и начала темнеть.

Он отступил на три шага назад, пошатнулся, но не упал. Похоже змея показала ещё один свой навык. И, судя по всему — тоже очень опасный.

— Даже такая атака опасна для Зародыша, — мысленно произнёс я.

— Похоже на то, — отозвался Арон. — Её Ци какая-то странная. Словно ядовитая.

Данте воспользовался паузой после навыка и снова вошёл в ближнюю дистанцию.

На этот раз он сделал то, чего змея не ожидала. Вместо очередной атаки в глаз он мощно ударил щитом по верхней челюсти, сбивая голову чуть вверх, а мечом рубанул снизу, под нижнюю челюсть. Удар вышел коротким, но в нём было столько плотной золотой Ци, что воздух вокруг клинка пошёл волнами.

Локальный барьер вспыхнул с небольшим опозданием.

Клинок прорвал его, прошёл через защитный слой Ци и вошёл в плоть.

Змея отшатнулась.

Удачный удар Данте под челюсть изменил поведение всех на поле. Бойцы Арденов тут же попытались развить успех: один ударил в тот же сектор сбоку, второй ушёл ниже, пытаясь заставить змею опустить голову. Даже резерв на мгновение подался вперёд, словно тоже собирался броситься в бой.

Но это длилось меньше секунды.

Змея не дала им превратить рану в точку давления. Она резко выпустила из тела огромную порцию Ци, заставляя ближайших бойцов отступить на полшага, и тут же ударила головой по Данте. Движение вышло настолько быстрым, что камера потеряла фокус.

Данте был ещё в прыжке после атаки. Он успел закрыться щитом и довернуть корпус, но этого хватило только чтобы не получить прямой удар в тело. Его всё равно отбросило назад с такой силой, что золотая оболочка вокруг тела пошла рябью.

Один из Арденов попытался перехватить монстра, но змея сама меняла направление. Кончик хвоста прошёл низко, почти по земле, и смёл бойца в сторону. Тот успел подпрыгнуть и смягчить удар, но его всё равно перевернуло в воздухе и бросило на камни.

Построение резко просело.

Ещё не развалилось. Всё-таки эти люди были слишком хороши, чтобы так просто рассыпаться после двух ударов. Они сразу начали перестраиваться, закрывать дыры, смещаться по новым линиям.

Но теперь они больше не диктовали правила боя. Теперь они реагировали. А это совсем другой расклад.

— Резервной группе готовность, — приказал Гин. — Без самодеятельности. В прямое столкновение не входить. Ваша задача — эвакуация, прикрытие, вытаскивание раненых.

Я сжал пальцы на краю стойки. В голове мелькнула безумная мысль.

Если ударить раскрученным на полную мощность летающим клинком в глаз. Или в раскрытую пасть. Но не сейчас, а позже, когда она снова начнёт готовить луч. Разогнать лезвие с высоты, вложить максимум псионики, попасть в мягкую ткань…

— Даже не думай, — произнёс Арон, словно прочитал мои мысли.

Я молчал.

— Ты недооцениваешь Данте, — продолжил он жёстче. — Его удары куда сильнее всего, на что способна твоя псионика. Если он не может быстро пробить эту тварь, твои клинки там точно не помогут. Максимум — привлечёт её внимание и раскроет тебя всем вокруг. А потом, если ты каким-то чудом не умрёшь от ответного удара, получишь Зеронов, Арденов, гильдию и всех остальных, кто захочет понять, что именно ты сделал.

— Это всё понятно, — мысленно ответил я. — Но смотреть и ничего не делать очень тяжело.

Внутри меня всё неприятно сжалось. Не от страха. Нет. От злости на собственную бесполезность в данной ситуации. Я привык всегда искать и находить решение. Уязвимое место, обходной путь, чужую ошибку. Здесь решения просто не было. По крайней мере такого, которое не обрушит на голову ещё большие проблемы.

Это тоже надо уметь признавать.

В прошлой жизни люди часто погибали именно потому, что путали смелость с желанием сделать хоть что-то. Иногда правильное действие — не стрелять. Не высовываться. Не ломать чужой план ради собственного эго. Неприятный урок. Но полезный.

Змея снова начала накапливать энергию в пасти.

На этот раз свечение было плотнее и ярче, чем перед первым выстрелом. Радужные потоки собирались между клыками, скручивались в одной точке и давили на пространство так, что изображение вокруг головы поплыло.

Данте и Ардены тоже поняли, что это будет не быстрый выброс, а второй полноценный луч.

Только теперь они остались без тяжёлого бойца и без ровного построения.

— В стороны! — коротко приказал Данте.

Бойцы Арденов начали смещаться. Один ушёл правее, второй попытался закрыть фланг, третий отступил назад, прикрывая раненого. Но сам Данте остался на линии атаки.