— Я не хочу останавливаться, — сказал он. — Мне это слишком нравится. Ты делаешь что-то со мной. Заставляешь меня думать дважды… Заставляешь что-то чувствовать. Я чувствую себя живым, когда ты рядом. Давно не чувствовал ничего настолько настоящего. С тех пор… — он снова замолчал, и я с любопытством посмотрела на него.

— С тех пор… как, Гейдж?

— С тех пор… как умерла моя сестра.

Он не смотрел на меня, когда говорил это. Я пыталась заглянуть ему в глаза и понять его, но он держал голову опущенной, несколько прядей волос упали на лоб. Теперь он заставлял меня чувствовать себя еще более виноватой. Теперь он заставлял меня хотеть дать ему желаемое, просто чтобы снова сделать его счастливым. Я не знала, что еще делать — что еще сказать. Поэтому молча взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть на меня. Отвела одну руку, чтобы провести пальцами по его волосам, прижалась к его груди, пока наше дыхание сплеталось. Я изучала его печальные карие глаза, горе, которое он носил в себе так долго.

Я не хотела причинять ему боль. Не хотела терять эту связь, поэтому сказала себе, что останусь… пока что. Я все еще могла оставаться непринужденной, но только так. Я медленно приблизила его губы к своим, страстно поцеловав, и он простонал, притянув меня за бедра, чтобы я прижалась к нему. Я знала, что в автобусе никого не было. Слышала, как Кэл ушел раньше, а Бен уехал со своей ассистенткой Терри. Были только мы, и я хотела этим воспользоваться.

— Гейдж, — прошептала я, когда он поднял меня на руки. Он пошатнулся, направляясь к двери спальни, и закрыл ее. Запер на ключ, а затем моя спина прижалась к двери. — Гейдж, — снова сказала я.

— Я еще не отпускаю тебя… Ты не можешь уехать… Мы не можем остановиться, Элиза. — Его губы коснулись моей ключицы, и я запрокинула голову, наслаждаясь его теплыми поцелуями на коже. Он поднялся к моей шее и целовал меня, прижимая свою эрекцию к моему животу. От этого ощущения я застонала, всхлипнула, готовая к тому, чтобы он просто сорвал с меня одежду и взял меня. Все мысли исчезли. Вся сердечная боль, казалось, растворилась.

Он прижимал меня к двери, но потянулся, чтобы помочь мне снять рубашку. Бросив ее на пол, он потянулся за мою спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер, обнажив грудь. Бросил и его, но его глаза не отрывались от моей груди. Наконец он снова посмотрел мне в глаза, изучая меня напряженно, жадно. В его радужках горел огонь, и это полностью завело меня. Сжигало изнутри одним лишь желанием. Живот сжался, когда его взгляд замер на моем. Затем он наклонился и жадно присосался к моему соску, его взгляд не отрывался от моего. Дыхание перехватило, я наслаждалась удовольствием, растекающимся по телу, его руками на моей талии, его языком, выводящим круги вокруг соска, пока он не стал твердым. Он перешел к другому, а я откинула голову на дверь, принимая все.

Я простонала, вцепившись в его плечи, готовая к нему. Но он не торопился. Продолжал сосать мой сосок, пока тот не стал твердым, как камешек, а затем стянул с меня шорты. Он опустил меня всего на секунду, и я помогла ему, сбросив шорты и трусики. Я была совершенно обнажена перед ним, лицо пылало, но его взгляд оставался твердым, впитывая меня всю. Продолжая пристально смотреть на меня, он набросился на мои губы и прижал мое тело к своему.

Я потянулась вниз, чтобы расстегнуть его джинсы, и он легко высвободился из них. Развернув меня в своих объятиях, он положил меня спиной на кровать, раздвинул ноги и забрался между ними. Его губы нашли мою шею, я вцепилась в его спину, мое нутро пульсировало по мере его приближения. Он был так близко. Я чувствовала жар его члена. И снова пульсировала от желания, тоскуя, жаждая. Мне этого так хотелось, хотя я знала, что не нуждалась в этом. Не следовало, но я не могла сдержаться. Я должна была остановить это, но сдалась.

Гейдж поспешно отстранился, чтобы порыться в кармане джинсов в поисках презерватива. Надев его, он снова принялся дразнить меня языком, проводя им по соскам. Он провел языком вниз до углубления на животе, и я ахнула, глубоко вдохнув от того, как далеко он зашел и как близок был к самому сокровенному.

— Ты не можешь остановить это, Элиза, — сказал он, целуя мое бедро. — Мне это нужно. — Мурашки пробежали по коже, когда он поцеловал другое бедро, и жар спустился между ног. Он поцеловал кожу у самого входа, заставив меня сжаться, сильно затрепетать и вцепиться в простыни. — Я только начал с тобой, — прошептал он. — Ты не можешь остановить это сейчас. — Затем он провел языком между моими сладкими, чувствительными складками, и я выгнулась навстречу его рту.

Дыхание участилось. Я вцепилась в простыни, стараясь не поцарапать его. Одной рукой я запуталась в его волосах, пока его язык лизал, нырял и кружился вокруг моего клитора, заставляя меня вскрикивать во весь голос. Волна пробежала по мне, пока я двигалась навстречу его рту. Он стонал и мычал, вызывая вибрацию между моих ног. О, черт. Он схватил меня за талию, пытаясь остановить мои движения, и затем сказал:

— Посмотри на меня, Элиза.

Я покачала головой. Не могла смотреть. Взгляд в его глаза отправил бы меня в пропасть окончательно. Пальцы Гейджа впились в мой бок, когда он зарычал, его язык кружился сильнее и трепетал так быстро, что сводил меня с ума. Я не смогла бы долго выдержать.

— Посмотри на меня, Элиза, — повторил он. Его рот почти не отрывался от меня. Он лизал мой бугорок, пока говорил. Он был так искусен в постели, и я ненавидела то, какой неискушенной была я. Я осмелилась взглянуть, и в ответ меня отбросило в гипервозбуждение. Огонь в его глазах, жар, с которым он наблюдал, как я стонала, то, как его язык кружился и нырял, и я чувствовала все это, заставило меня содрогнуться. Расколоться, рассыпаться на куски. Я взвизгнула, мое тело сотрясалось, ноги дрожали. В мгновение ока Гейдж быстро поднялся, целуя мои соски, каждую сторону ключицы, мою шею. Он завис над моим ртом, легкая улыбка играла в уголке его губ.

— Ты хочешь меня? — спросил он.

Я кивнула, прижимая руку к его груди и извиваясь, чтобы притянуть его как можно ближе.

— Ты уверена? Хочешь меня?

Я жадно кивнула, постанывая, когда его губы едва коснулись моих.

— Насколько сильно? — спросил он.

— Я хочу всего тебя, Гейдж, — прошептала я.

— Всего меня? — не успела я кивнуть, как он глубоко вошел в меня. Я вдохнула сквозь зубы, когда он зашипел. — Это весь я, Элиза. Хочешь, чтобы я был нежен с тобой? Хочешь, чтобы я занялся с тобой любовью?