И да, я все-таки купил себе меч. Не красивый, не украшенный, не тот, что хочется повесить на стену. А обычный практичный клинок из хорошей стали, с удобной рукоятью, без излишеств. Тот, который Торк рекомендовал взять, когда мы зашли к кузнецу на соседней улице.

С тех пор я носил меч с собой везде. Не чтобы выглядеть грозно, просто теперь так было безопаснее. Этот мир много раз уже объяснил мне, что лишний шанс — это не роскошь.

Прямо сейчас я выполнял разминку без лишних мыслей в голове: наклоны, короткие рывки, пара быстрых разворотов по двору. Движения шли легче, чем месяц назад. Тело отзывалось быстрее, будто наконец перестало сопротивляться и решило, что мы в одной команде. Я чувствовал себя собраннее, крепче, быстрее.

— Хватит, — хрипло сказал Торк, наблюдавший за мной у бревна. — Пора.

Трое его учеников вышли вперед. Парни были старше меня, тяжелее и опытнее.

— Без оружия, — напомнил Торк. — Работайте как в жизни. Только не калечить окончательно.

Это у него называлось держать удар. У меня — не умереть.

— Начали.

Первым рванул коренастый, по прозвищу Рыжий. Я ожидал прямого удара, но он сыграл иначе, сделал шаг в сторону и ударил локтем мне под ребра. Чисто, аккуратно. Если бы я не тренировался весь месяц, меня бы сложило пополам.

Я ушел на полшага назад, подставил предплечье, перехватил локоть и вывел Рыжего из равновесия. Тот выругался, но удержался, шагнул обратно.

Второй, Дран, атаковал снизу, пытаясь сбить мне ноги. Я прыгнул вверх, хотя раньше такого бы точно не сделал — рефлексов не хватило бы. Приземлился с перекатом, развернулся — и резким выпадом ударил Драна в плечо.

Третий не торопился. Слоноподобный Рух. Он всегда ждал, пока другие выбьют из противника лишнюю дурь.

Рух шагнул вперед спокойно, как валун, который катится с горы. Я увернулся. Отошел. Попробовал зайти сбоку. Но тут же получил удар плечом, от которого я отлетел на два шага. Второй удар — и я уже лежу на земле. В ушах звенит, во рту привкус пыли. Я попытался подняться, но Рух не дал — аккуратно, без злобы, но уверенно прижал к земле.

— Довольно, — сказал Торк.

Я расслабился, наконец набрав хоть немного воздуха. Мир перестал качаться.

— Двух сделал, — отметил Торк, глядя, как я поднимаюсь. — Уже неплохо.

— Неплохо, — прохрипел я. — Но победитель тот, кто стоит.

— Верно, — кивнул Торк. — А ты не стоишь.

Он подал руку. Я принял, поднялся, чувствуя ноющую боль во всем теле. Но это была рабочая боль. Такая, после которой есть ощущение результата.

Мы сидели у крыльца, где Торк обычно чинил ремни и просмоленные палки для новичков. Солнце клонилось к закату, и свет падал на двор длинными полосами. Я пил воду маленькими глотками, чувствуя, как тело наконец перестало дрожать от усталости.

— Торк… — начал я и сам удивился, как хрипло прозвучал мой голос. — Скажите… если человек тренируется каждый день, без пропусков… сколько ему нужно, чтобы стать по-настоящему сильным?

Торк поднял бровь.

— От года до трех. Иногда дольше. Зависит от возможностей тела и силы духа.

Я кивнул. Именно этого я и боялся.

— У меня нет трех лет, — сказал я тихо. — И, если честно, даже года может не быть. Я… — и слова сами вышли наружу, — слишком часто оказываюсь в ситуациях, где моих навыков просто не хватает. Вы сами видели. Даже троих я не одолел…

Торк не перебивал. Он смотрел так, будто наконец понял, чего именно я пришел к нему просить.

— Я не прошу легкого пути, — продолжил я. — Я хочу знать, есть ли способ ускорить… все. Чтобы результаты шли не по капле, а быстрее. Значительно быстрее. Цена — это цена. Я понимаю.

Торк молчал почти минуту. Обычно он отвечал сразу, даже на глупые вопросы. Когда молчал долго, это значило, что вопрос действительно серьезный.

Наконец он сказал:

— Есть способ. Но тебе он не понравится.

Я выдохнул.

— Говорите.

— Ритуал, — произнес он. — Варварский, если по уму…

Я слушал, не перебивая.

— Был у меня товарищ, Жарр. Решил пройти такой ритуал. Хотел стать лучшим в отряде. Стал… на три минуты. Потом его мышцы разорвались изнутри, — сказал Торк ровно, будто вспоминая способ починки сапога. — Это первый риск.

— Звучит весело, — заметил я.

— Второй риск — стать калекой навсегда. Третий риск — что проживешь меньше. Каждый раз, когда входишь в боевой транс, сгорают дни жизни. Ты берешь энергию в долг у самого себя.

Торк хмуро посмотрел на меня.

— И еще риск умереть — один к десяти. Риск остаться инвалидом — три к десяти.

— Занимательная статистика.

— Я бы запретил тебе, — сказал он честно. — Но запрещать не могу. Ты упертый.

Мы сидели молча. Я переваривал услышанное. Торк снова заговорил только спустя минуту:

— Если ты все же решишься… ритуал могу провести я. Я делал это раньше. Но нас будет ждать опасная поездка.

Я поднял взгляд.

— Тогда… почему вы сразу не предложили?