Он толкается еще пару раз, но не убирает руку, пока я не растекаюсь по дивану.

Денвер расслабляется, и его тяжелое тело обрушивается на меня. Я ожидаю, что очень скоро мне станет неудобно, но происходит обратное. Я обнимаю его, и он прижимается, как будто мы идеально подходим друг другу.

Я мог бы остаться так на всю ночь. Или на всю свою жизнь.

Его голова уткнулась мне в шею, и наше дыхание синхронизировалось, так что наша грудь поднимается и опускается в унисон.

– Прости, - говорит он.
– Знаю, я сказал, что не хотел этого делать, но...

– Ты не смог устоять передо мной. Понимаю.

– Ого. С таким самомнением ты мог бы соперничать с Харли.

– Никто не может соперничать в самомнении с Харли.

Денвер смеется, но потом смех быстро затихает.

– Мы же ничего не испортили, правда?

– Даже близко нет.

Он поднимает голову.

– Ты не паникуешь?

– Только не из-за этого.
– Я наклоняюсь и касаюсь его губ своими.

Мы целуемся в ленивом посторгазмическом тумане, но потом он спрашивает то, на что я не могу ответить.

– Из-за чего ты паникуешь?

Из-за всего, из-за ничего, из-за нашей жизни, из-за того, как выглядит будущее, из-за того, что я уйду и снова потеряю его, из-за прошлых ошибок, из-за будущих… ну, ничего серьезного.

– Возможно, за последние пару лет, у меня развилась некоторая тревожность, так что я, вроде как, беспокоюсь обо всем, - говорю я неопределенно.

– Значит, дело во мне.
– Денвер, наконец, приподнимается, чтобы сесть, и я делаю то же самое, натягивая свои покрытые спермой джинсы.

– Дело не в том, что мы только что сделали. Это… это произошло естественнее, чем я ожидал.

Он приподнимает бровь, глядя на меня. Он либо смеется над случайным намеком, либо упрекает в том, что я звучу несколько осуждающе.

– Не то чтобы это было противоестественно, - быстро добавляю я.
– Это похоже на то, как ты покупаешь новую пару туфель и поначалу чувствуешь себя в них странно... Нет, подожди, это плохая аналогия, потому что она подразумевает, что мне не понравилось. Понравилось. Э-э, очевидно.
– Я показываю на место, где моя сперма растеклась по джинсам и его рубашке, где он вытер руку.
– Я думал, что это будет странно, но это не так. Вот что я имел в виду.

Денвер расплывается в легкой улыбке.

– Тебе следует сбрить бороду.

– Что? С чего вдруг?

Он проводит пальцем по моей щеке, над бородой.

– Кажется, я никогда раньше не видел, чтобы ты краснел, и хочу видеть всё.
– Его рука скользит к моей шее, которая кажется горячей.

Я отталкиваю его руку.

– Я не краснею.

– Ты так покраснел.

– У тебя есть планы на выходные, свободные от участников?
– Да, Мейсон, смени тему. Верный способ убедиться, что он никогда больше не поднимет эту тему. Идиот.

– Ничего особенного. Тренировки, сон… - Он наклоняется, прижимаясь губами к моему уху.
– Может, попробую уговорить тебя на повтор.

– Не нужно сильно уговаривать. Возможно, провести исследование, но не уговоры.

– Мм, исследование звучит заманчиво. Могу я добавить это в свой список дел на выходные?

– Хочешь сказать, что никогда не смотрел гей-порно? Даже когда в свое время у тебя возникли те непонятные чувства?

Настала очередь Денвера покраснеть, но, в отличие от него, мудака, я не собираюсь упрекать его в этом.

– Может, и смотрел, - осторожно говорит он.
– Но, честно говоря, меня совсем не впечатлило, если только…

– Если только, что?

Он выглядит неуверенным, но не отводит взгляда, говоря: