Шрифт:
ДВЕ ПРАВДЫ
НА ВОДОРАЗДЕЛЕ
НОЧЬЮ
ВЕЛИКИМ ПОСТОМ
ВОССТАНИЕ
(Главы из поэмы)
Клубилось безликим слухом, Росло, обещая месть. Ловило в предместьях ухо За хмурою вестью весть. Предгрозье, давя озоном, Не так ли сердца томит? Безмолвие гарнизона Похоже на динамит. И ждать невозможно было, И нечего было ждать. Кроваво луна всходила Кровавые сны рождать. И был бы тяжел покоя Тот сон, что давил мертво. Россия просила боя И требовала его! Россия звала к отваге, Звала в орудийный гром, И вот мы скрестили шпаги С кровавым ее врагом. Нас мало, но принят вызов. Нас мало, но мы в бою! Россия, отважный призван Отдать тебе жизнь свою! Толпа, как волна морская, Взметнулась, ворвался шквал… Обстреливается Тверская! — И первый мертвец упал. И первого залпа фраза — Как челюсти волчьей шелк, И вздрогнувший город сразу Безлюдной пустыней смолк. Мы — белые. Так впервые Нас крестит московский люд. Отважные и молодые Винтовки сейчас берут. И натиском первым давят Испуганного врага, И вехи победы ставят, И жизнь им не дорога. К Никитской, на Сивцев Вражек! Нельзя пересечь Арбат. Вот юнкер стоит на страже, Глаза у него горят. А там, за решеткой сквера, У чахлых осенних лип Стреляют из револьвера, И голос кричать охрип. А выстрел во тьме — звездою Из огненно-красных жил, И кравшийся предо мною Винтовку в плечо вложил. И вот мы в бою неравном, Но тверд наш победный шаг, Ведь всюду бежит бесславно, Везде отступает враг. Боец напрягает нервы, Восторг на лице юнца, Но юнкерские резервы Исчерпаны до конца! — Вперед! Помоги, Создатель! — И снова ружье в руках. Но заперся обыватель, Как крыса, сидит в домах. Мы заняли Кремль, мы — всюду Под влажным покровом тьмы. И все-таки только чуду Вверяем победу мы. Ведь заперты мы во вражьем Кольце, что замкнуло нас, И с башни кремлевской — стражам Бьет гулко полночный час. Так наша началась борьба — Налетом, вылазкою смелой. Но воспротивилась судьба Осуществленью цели белой. Ах, что «судьба», «безликий рок», «Потусторонние веленья»… Был органический порок В безвольном нашем окруженье. Отважной горсти юнкеров Ты не помог, огромный город, Из запертых своих домов, Из-за окон в тяжелых шторах. Ты лишь исхода ждал борьбы И каменел в поту от страха. И вырвала из рук судьбы Победу красная папаха. Всего мгновение, момент Упущен был — упал со стоном. И тащится интеллигент К совдепу с просьбой и поклоном. Службишка, хлебец, керосин, Крупу какую-то для детской… Так выю тянет гражданин Под яростный ярем советский. А те, кто выдержали брань, В своем изодранном мундире Спешат на Дон и на Кубань И начинают бой в Сибири. И до сих пор они в строю, И потому — надеждам сбыться. Тебя добудем мы в бою, Первопрестольная столица!МЫ
СЛОВО И ДЕЛО
МОЕМУ НАРОДУ
ГРЕБНЫЕ ГОНКИ [5]
5
Стихотворение посвящено гребным гонкам, проводившимся в рамках так называемой «Малой Олимпиады Российской Республики» (фактически — в отборочных соревнованиях на Олимпийские Игры 1936 г., в которых должна была участвовать спортивная делегация «Белой ДВР»). Поэт присутствовал на этих соревнованиях в качестве специального корреспондента газеты «Тихоокеанская звезда» (Хабаровск).