— А давай ты сдохнешь, а потом я пойду?

Существо отбросило разряженное оружие в сторону, схватило Дэвида за одежду на груди и подняло его, как тряпичную куклу. Черные пухлые губы были приоткрыты, чтобы продемонстрировать ужасающе-изогнутые клыки. Дэвид почувствовал ледяное дыхание смерти в пугающей близости от своей шеи, потом на своей щеке.

Мэдди бесшумно поднялась на четвереньки и через боль заставила себя встать. Широко раскрытые глаза были устремлены на их схватку. Ее голос был тихим и прерывистым:

— Одна я ничего не смогу сделать. Почему… Почему ты больше не сопротивляешься?

Кровопийца зарычала как животное, его лицо было в нескольких дюймах от лица Дэвида, глаза горели гневом то одного, то другого цвета:

— Я вижу тебя насквозь! Ты отнял больше жизней, чем Маринетт и Клаудия вместе взятые, и всё же осмеливаешься высокомерно судить нас! Я сделаю миру одолжение, избавляясь от тебя.

Рука сжала горло Дэвида, словно металлические тиски. Вампирша начала сжимать пальцы, наслаждаясь мучением на его лице и прерывистым биением сердца охотника. Для нее это звучало как самая сладкая музыка. Дэвид тем временем еле дышал, в ушах у него шумело, но он не собирался радовать эту тварь своим испугом.

— Остановись! — закричала она, прижимая руки к лицу. — Прекрати! Ты не должна больше убивать! Это неправильно с… с моральной точки зрения!

— Заткнись, — прорычала вампирша через плечо, — закончив с ним, я убью и тебя тоже, а потом примусь за того немощного старика. Я чувствую, как он все еще дышит.

Мэдисон упала на колени, беспомощно рыдая, и тогда Дэвид понял, что у нее истерика. Она опустила руки и не собиралась ему помогать. Но это было не совсем так.

Для Дэвида, да и вообще для всех вокруг, Мэдди старательно делала вид, что это всё вокруг лишь пустяки. Что она якобы крепкий орешек, а вся эта хрень просто «увлекательное приключение». Делала вид, что сохранила свой рассудок и просто благодарна каждый день за то, что жива. Что вся окружающая ее чертовщина это просто цена, которую приходится платить за свое новое состояние.

Ключевое здесь было: «делает вид». Не «дрожит как побитая сука», не «корчится от боли» и не «готова сдаться в последний момент как слабачка».

Однако ее беспомощность, к его удивлению, принесла с собой лишь холодную ясность мысли. Охотник закатывающимися глазами в последний раз взглянул на свою душительницу и постарался расслабиться. Ну разве её нельзя утихомирить?

Дэвид сам учил напарницу тому, что они хрупкие создания, которые легко ломаются. Только для этого нужна поблизости девушка, которой это будет по плечу.

Он сжал руку в кулак, потому что стиснуть зубы был не в состоянии. Запахло горелой кожей. Кожаные перчатки прожгла энергия огненных стигмат на его ладонях.

Когда кольцо темноты сомкнулось вокруг его сознания, Дэвид закрыл глаза и с силой в голосе заставил Мэдди открыть свои. Однако звучал он только в ее голове.

«Мэдди, встань» — обманчиво спокойным голосом призвал он ее.

«Я думаю, у меня есть план «Б», о котором я спрашивал в доме. Я учил тебя, что их тело хрупкое. У меня даже есть идея на сей счет. Она рискованная и на грани с безумием, но сочетание одного с другим в последнее время неплохо работает в нашу пользу. Еще минута и она придушит меня. Так что тебе лучше встать и идти, не так ли?»

«Очень своевременно с твоей стороны.» – мысленно ответила она, чувствуя, как сила заполняет мышцы.

Затем подскочила как ужаленная электричеством, получив те видения и те эмоции, которые он так старался передать. Мэдди оглянулась и поняла только одно — что-то неуловимое в воздухе изменилось. Только между ними двумя изменилось безвозвратно, а потом…

Она уже была сама не своя.

И не помнила, что творила.

Сначала это было похоже на холодный освежающий ветер со стороны океана. Мэдди почувствовала вкус соли во рту, похожий на волну злых чувств, как цунами накрывающий и пронизывающий ее разум насквозь. Почти увидела поток сознания, льющийся напрямую от него к ней.

Она услышала жуткий крик как у какого-нибудь камикадзе. Через секунду с удивлением обнаружила, что это ее собственный крик. Бессловесный вопль, раздавшийся эхом, но на этот раз в нем слышалась не беспомощность, а нарастающая ярость отчаявшегося война.

Вампирша услышала крик за спиной и нехотя обернулась, не понимая, что произошло. Лениво подняла взгляд, не подозревая, что что-то в воздухе изменилось. Недооценивая противника и слишком уверенная в своей победе, она бросила бесчувственное тело Дэвида и обернулась.

Медленнее, чем следовало бы в данной ситуации.

Она услышала сквозь крик, как где-то сбоку хрустнула ветка, затем краешком глаза увидела, как нечто несется на нее с огромной скоростью. Но слишком поздно, чтобы увидеть, что нашло на эту безумную девчонку. Она опустила голову и увидела, как что-то торчит из груди слева. Глаза уже застилала тьма, и она поняла, что это финал.

Мэдисон вонзила толстую ветку ей чуть повыше левой груди со всей той силой, на какую только было способно небольшое женское тело ростом всего в 5 с половиной футов. Этих сил едва хватило на то, чтобы сломать крепкие кости и пробиться сквозь вампирские ребра.