– Это мех?
– Удивленно спросил я, глядя в пол своими слепыми глазами, как будто это могло мне помочь.

– На самом деле, так и есть. Несколько месяцев назад мы приобрели партию шкурок Марса. Я подумал, что они станут приятным дополнением к каюте. По утрам здесь не так холодно.

Мех на полу на мгновение отвлек меня от его голоса, но теперь я снова вспомнил об этом.

– Мне сказали, что меня отведут к капитану, но вы - не он.

На мгновение воцарилось молчание, а когда он заговорил снова, то в его голосе явно слышалось веселье.

– Я вижу ваше замешательство. Капитан Йима - командир этого корабля. Однако несколько человек на борту служили под моим началом в бригаде на Розене. Пирс один из них.

Розен был маленькой планетой, расположенной за квадрантами, которые были аннексированы Империей несколькими годами ранее. 10-я бригада Розена сражалась за сохранение независимости.

Это была короткая, кровопролитная и безрезультатная война, в которой силы Империи значительно превосходили в численности и вооружении.

– Вы были их капитаном в армии?

– Именно, - сказал он, и теперь в его голосе не было веселья. В его голосе действительно звучала грусть, или мне показалось?
– От старых привычек трудно избавиться.

На некоторых отдаленных планетах появилось много недовольных из-за присоединения к Империи. С одной стороны, я понимал, что навязывание им нового межпланетного правительства, вероятно, казалось несправедливым. С другой стороны, это был прогресс, а, как много раз говорил мне мой отец, с прогрессом нельзя бороться. Казалось, что всем участникам было бы намного легче, если бы внешние планеты взяли на себя обязательство сотрудничать, а не позволять своему гневу разгораться. Теперь такие, как этот капитан и его люди, скорее присоединились бы к пиратству, чем к законному правлению Империи и ее регентов.

– Кто вы такой?
– спросил я.

– Меня зовут Валеро.

– Валеро? Как топливная компания?

– Да.
– Его раздраженный тон говорил о том, сколько раз ему обращали внимание на эту деталь.
– Как в случае с топливной компанией.

– Держу пари, шутки с газом устарели.

Он рассмеялся.

– Верно. Рынок сбыта этой конкретной топливной компании не распространялся на Розен, поэтому мои родители не знали, что дали мне такое смешное имя.

Его веселый тон, наконец, задел какую-то струну в моей душе. Я вспомнил.

– Вы - тот человек, что привел меня на борт.

– Я, - сказал он.

Человек, приведший меня на борт. Человек, домогавшийся меня в сексуальном плане.

Мое почти обнаженное состояние внезапно показалось мне еще более унизительным. Мое сердце бешено заколотилось. Я был его пленником, слепым, мои руки все еще были связаны передо мной.

Никто не придет мне на помощь. Я полностью в его власти.

Я хотел сопротивляться, но знал, что это бессмысленно. Я попытался оглядеться в поисках выхода. Конечно, я ни черта не мог увидеть. Я яростно заморгал. Логически я понимал, что это ничего не даст, но мой мозг настаивал, что это может прояснить мое зрение.

Когда это не помогло, меня охватила паника. Я обнаружил, что хватаю ртом воздух.

– Расслабьтесь, - сказал он. Я подпрыгнул, когда он схватил меня за руку и потянул вглубь комнаты.
– Я пригласил вас всего лишь на ужин. Сюда. Садитесь.

Я на что-то наткнулся. Наклонился и ощупал, насколько это было возможно со связанными руками. Мне показалось, что это какой-то гигантский шар.

– Садитесь, - повторил он. Он взял меня за руку, развернул к себе и нажал на грудь, толкая назад, на странную штуковину.

Она прогнулась подо мной, но только наполовину, образовав сиденье и подлокотники. Это было самое странное кресло, которое я когда-либо видел… ну, точнее, не видел. Я смотрел, все еще ожидая что-то увидеть.

– Я завяжу вам глаза, - сказал он.

– Что?
– Спросил я. Не потому, что не понимал его, просто страх все еще затуманивал мои мысли. Кроме того, я уже был слеп. Чего он ожидал добиться, завязав мне глаза?

– Ваш мозг знает, что глаза открыты, и пока они открыты, он будет продолжать требовать получения информации. С повязкой ваши глаза будут закрыты, и мозг перестанет требовать информацию, которую не может получить.

Я не знал, есть в этом смысл или нет, но у меня не было причин спорить. Мгновение спустя я почувствовал, как кто-то положил на лицо мягкий кусочек ткани. Мои глаза инстинктивно закрылись.

– Расслабьтесь, - повторил он.
– Я не собираюсь причинять вам боль.

Я почувствовал давление на свой затылок, когда он завязывал повязку. Я глубоко вздохнул. И еще раз.

Он был прав. Каким бы нелепым это ни казалось, с повязкой на глазах стало легче. Это дало более ясное объяснение тому, что я не мог видеть. И загнало угрозу паники обратно в угол.