Шрифт:
– А кто у вас свидетели? – интересуется Богдан. Машина вливается в транспортный поток. Мне кажется, я слышу, как шарики стучат по крыше. Они же весело подпрыгивают над капотом.
– Мы без свидетелей женимся.
– Тайное венчание?
– Сейчас это не обязательно, – включается в разговор Зизи. – У нас все будет по-простому. Быстро поженимся, быстро пообедаем в кафе – и по домам.
– А то-о-о-о-орт?
– Торт обязательно.
– Ты ее не слушай, – снова вклинивается Сашка. К нему вернулось его хорошее настроение. С Зизи они, похоже, помирились качественно. – Все будет. И кафе, и торт, и ведущий, и танцы.
Зизи демонстративно вздыхает. Богдан кивает.
– Замечательно.
А я отверчиваюсь к окну. Я вспоминаю другое кафе, другого ведущего, другую свадьбу. И это ни хрена не замечательно.
Машина долго паркуется возле ЗАГСа – это тот еще квест. А я на почве попыток нервного самовнушения роняю телефон. Пока нашариваю его под сиденьем, все выходят из машины. А потом дверь открывается, и мне протягивают широкую ладонь. Богдан демонстрирует изысканные манеры
Не лишним будет – машина у него высокая, а Зизи настояла, чтобы я надела каблуки. Небольшие, но все же, в виду отсутствия опыта постоянного ношения…
Закусываю губу, тихонько выдыхаю и вкладываю руку в ладонь Богдана.
Так, это свадьба моего брата. Я должна быть в форме. Ничего такого не происходит.
Все, выдыхаем. Дышим спокойно. Не циклимся на том, какая крепкая и горячая рука меня поддерживает.
За моей спиной закрывается дверь машины, пиликает сигнализация.
И первый человек, которого я вижу, подняв взгляд, – Татьяна.
Тамбовская.
Глава 7.
Последний раз я видела Татьяну на ее свадьбе. В белом платье, с фатой, летящей нал головой, триумфально улыбающуюся. И сейчас ничего не могу поделать – жадно разглядываю ее.
Она вообще не изменилась.
Нет, она изменилась.
Она стала лучше.
Она по прежнему носит каре, только сейчас без челки и длиннее. Платиновый блонд. Все те же мелкие, аккуратные черты лица. Стильно одета. Фигура – по-прежнему точеная.
Она яркая. Она из тех женщина, на которую мужчины поворачивают головы.
И сейчас она стоит прямо напротив меня. Но смотрит не на меня.
– Ну, здравствуй, Богдан.
Он резко оборачивается от машины, которую закрывал.
– Таня?
Почему – Таня? Почему не Татьяна?! Почему?..
Мне кажется, я проваливаюсь в прошлое все сильнее. Теперь уже окончательно. Смотрю, как она подходит. Смотрю и тону. Без шансов выплыть.
И вот она рядом.
– Неужели так изменилась? А вот ты – совсем не изменился.
Ты его с бородой не видела! И вообще… В этот момент остро жалею, что отказалась от предложения Зизи. Жалею, что Татьяна здесь, сейчас, рядом с Богданом.
– Ты совсем не изменилась. Просто не ожидал увидеть тебя здесь.
– Саша и мой друг тоже.
Что?! Что-о-о-о-о?! Я не успеваю даже обдумать эту возмутительную ложь, как она приподнимается на носочки и целует Богдана в щеку.
– Рада видеть тебя, Тамбовский.
Если слова могли бы убивать, эти бы меня убили.
– Нам пора, – голос Богдана выдергивает меня из этого мутного состояния из злости, паники и отчаяния. Татьяна поворачивает ко мне голову.
– Привет, Арина.
«Крыса!», – припечатывает Ермак. И в этот раз он тотально прав.
***
Как же я себя переоценила. Какая же я была дура, когда отказалась от предложения Зизи. Как будто мне и в самом деле снова шестнадцать, я вообще не повзрослела и ничему не научилась.
Хотя… Сейчас мне кажется, что крыса приперлась бы и без разрешения Зизи.
Черт… Я же забыла, что когда-то именно так Татьяну и называла! Крыса. Только и исключительно крыса. И сейчас я не могу называть ее иначе. Кошусь на нее в толпе гостей, она рядом с Сашкиным однокашником. Впрочем, он и однокашник Богдана тоже. Но Богдана рядом с ними нет, он в другой стороне от Саши с Зизи.
Все. Все! Забудь про крысу! Сегодня твой брат женится!
Самовнушение помогает. Я возвращаюсь мыслями в здесь и сейчас. Белый зал для бракосочетаний, тожественный Мендельсон, улыбчивая женщина в безвкусной золотой парче с алой папкой в руках.
Только надолго это самовнушение не помогает.
***
Сашка с Зизи на заднем сиденье делают селфи – будто мало им фотосессии в ЗАГСе, пьют шампанское из горлышка, смеются. Хоть кто-то счастлив.
Я должна быть счастлива на свадьбе брата. Он женился! Женился на чудесной женщине!