С другой стороны, учитывая, что у меня есть мешочки, изъятые из жуков, пыльца которых может забивать каналы и тоже косвенно ослаблять одаренного, создание зелий на их основе — логичная вещь. Возможно, делают их не из пылевика, а из чего-то другого, но суть не меняется. Одаренного можно резко и надолго ослабить и это неприятный факт.

— Ладно, тебе пора принимать выжимку, — сказал я, поднимаясь. — Сейчас сделаю.

Через десять минут перед Грэмом лежала готовая порция выжимки. В этот раз я сделал в два раза больше, чем требовалось.

Рядом уже была Виа и мы стали ждать. Как только у Грэма начались «приступы» после выжимки, я нанес на щупальца Виа выжимку. Лиана послушно втянула смесь в свои поверхностные ткани.

Едва на дощечку упал почерневший сгусток зараженной крови, Виа сразу прикоснулась к нему щупальцами, и как только черная хворь попала внутрь, она столкнулась не с беззащитными тканями растения, а с концентрированной грибной выжимкой, которая уже ждала её внутри.

И это сработало! Грибы, которые всё еще находились внутри Виа, начали уничтожать вместе с лианой поступившую в нее черную хворь.

Процесс шел легко, почти рутинно. Мне даже не пришлось закрывать глаза и использовать Глубокую Связь, а мои глаза не светились зеленым. Я просто наблюдал как лиана самостоятельно переваривает смертельную заразу.

Грэм, понаблюдал за этим процессом, а потом сказал:

— А неплохо ты это придумал.

— Да. Так ей проще, надо было сразу так делать.

В течение следующих нескольких часов я крутился как белка в колесе: доварил еще несколько порций эликсиров (пришлось даже сделать быструю вылазку к реке, потому что закончился лунный мох). Грэм за это время провел еще три сеанса отхаркивания. Между каждым из них приходилось делать перерыв почти в час — слишком тяжело шел процесс отхаркивания.

После четвертого раза старик просто откинулся на стену, бледный как полотно.

— Это дерьмо… сильно истощает, — прошептал он. — Но знаешь… дышать стало легче. Будто камень с груди сняли.

Я отметил важную деталь: каждый последующий сгусток становился всё меньше и светлее. Словно чем меньше физических сил оставалось у Грэма, тем меньше хвори он мог вытолкнуть из себя.

И каждый из этих сгустков Виа послушно сжирала. Конечно, для вытягивания чистой хвори прямо из вен она была еще не готова, но прогресс был налицо.

За этими хлопотами прошел остаток дня, зато в его конце передо мной стояла большая порция готовой мази, и полтора десятка бутылочек с эликсиром. Конечно же сегодня нести их Морне никто не собирался: не в том состоянии сейчас Грэм, да и главное — уже было слишком поздно. Ночь опустилась на Янтарный тихо и незаметно.

А старик…старик спал тяжелым сном выздоравливающего. И это меня радовало.

Покончив с основными делами, я присел на циновку и взял в руку гладкий кусок кости Реликтового Стража, найденный Скитальцем.

От него веяло странным холодом.

Внезапно в голове всплыло воспоминание о том, как капля моей крови пробудила фрагмент коры Древа Живы. А что, если?..

Я взял нож и слегка кольнул палец. Капля моей крови упала прямо на срез кости и в ту же секунду реальность исчезла.

Меня выбросило из собственного тела. И если в случае с корой я видел гигантское сияющее Древо в первый раз или карту сети узлов во второй, то здесь не было никакого света — сплошная непроглядная тьма.

Я замер, не в силах пошевелится.

Я был дезориентирован, потому что мои органы чувств просто не работали — было только ощущение чужого присутствия.

Осколок Сознания. И от него шла колоссальная, невообразимая мощь. Но эта мощь не была цельной. Она была раздроблена на сотни и сотни осколков, раскиданных где-то далеко друг от друга. Но несмотря на это, между ними сохранялась какая-то связь, какие-то ниточки их объединяли, не позволяя окончательно распасться.

Я сразу понял, что всё это — частицы костей, которые хранят в себе осколки сознания Стража. А ведь я подумал, когда я прочитал сообщение системы после анализа кости, что слово, страж, обозначает какое-то безмозглое или во всяком случае полностью управляемое существо, но похоже что я ошибался. Но оно было разумным. Вне всяких сомнений. Просто сейчас оно не было Цельным.

В этой непроглядной тьме я вдруг ощутил как что-то массивное, но невидимое приблизилось ко мне. Меня, вернее мое сознание, словно «обнюхали». И это было странно.

А затем пространство содрогнулось от беззвучного, вибрирующего рычания.

СТРАЖ…НЕ МОГУ ЗАЩИЩАТЬ…СОЕДИНИ…

Я понял, что это сознание стража разумно, но оперирует лишь ограниченным набором концепций-слов, которые в него вложили.

СТРОИТЕЛИ?..ГДЕ ОНИ?

И вот это, последнее слово-мысль сопровождалось уже сочетанием абсолютного благоговения и одновременно страха.