— Нашёл его, — сказал мужчина в костюме, сверля взглядом Дида.

— Прости, что опоздал, Бен. Я могу объяснить позже, — пробормотал Дид.

— О, тебе лучше объяснить позже. Прямо сейчас вам всем нужно вытащить свои задницы на ту сцену и ублажить эту чёртову толпу.

Бен хлопнул в ладоши, и парни взяли свои инструменты.

— Дид, какого хрена случилось? — прошипел ему Монтана.

— Ничего. — Дид украдкой взглянул через плечо на мужчину в костюме, который только что засунул кончики пальцев в передние карманы. Он всё время пялился на Дида, и у меня от этого по коже бегали мурашки. Это был не обычный взгляд. А скорее: «я тебя размажу».

Парни перестали задавать вопросы, качая головами, пока маршировали к сцене. Толпа всё ещё кричала и была крайне нетерпелива, даже когда они готовились к выступлению. Но затем Гейдж наклонился к микрофону, и его голос наполнил арену.

— Добрый вечер, Техас, — сказал Гейдж, сжав микрофон обеими руками.

Толпа перестала возмущаться и взорвалась восторгом. Кто-то кричал: «Я люблю тебя, Гейдж!», а другие безумно орали, увидев Монтану, который подмигнул и послал воздушный поцелуй толпе, набрасывая на себя ремень гитары.

— Возникли небольшие проблемы за кулисами, но с ними удалось справиться. Такое бывает, верно?

Толпа снова взревела, возможно, на этот раз громче, а я прикусила улыбку, наблюдая, как он смотрел на них весёлыми глазами, широко ухмыляясь.

— Мы должны как-то загладить вину, так что я подумал, мы споём одну из наших новых песен. Она ещё даже не записана в студии, но вы заслужили её за то, что остались.

— Какого чёрта он творит? — рявкнул Бен, подпирая рукой подбородок. Его нога нервно отбивала такт, и гнев всё ещё владел им, но я положила руку на его руку, качая головой.

— Бен, тебе нужно успокоиться. Гейдж умён. Уверена, он знает, что делает.

— Эта песня, — сказал Гейдж, и его глубокий, соблазнительный голос прокатился эхом по огромной арене, заставляя сжаться самое нутро, — родилась у нас, когда мы сидели в гараже. Называется «Ты обещала». Звучит банально — мы знаем. — Гейдж усмехнулся, качая головой. — Но слова всё искупают.

Гейдж оглянулся на своих братьев по группе, и они кивнули, готовые играть. Дид сделал быстрый отсчёт барабанными палочками, и музыка взорвалась. Толпа сходила с ума, пока Гейдж бренчал на гитаре, напевая в микрофон. Он прикрыл глаза и наклонился вперёд, подмигивал, пел, а его пальцы быстро двигались по струнам. После нескольких слов он поджал губы, и я таяла внутри, жаждая ещё одной низкой, глубокой ноты его голоса.

— Не могу в это поверить, — сказал Бен, улыбаясь. — Это та песня, которую они репетировали в моём гараже. Они говорили, что не будут исполнять её ещё несколько месяцев!

— Реакция просто отличная! — крикнула я поверх музыки.

— Очень отличная реакция, — сказал Бен, потирая руки. — Терри! — крикнул он через плечо.

Терри, невысокий парень с большим носом, квадратными очками и короткими чёрными волосами, поспешил вперёд, чтобы оказаться рядом с Беном.

— Ты должен записать выступление. Уверен, Люку будет приятно это услышать.

— Так точно, сэр.

Терри умчался, но вернулся меньше, чем через минуту, возясь с видеокамерой. Моё внимание привлёк Гейдж, поющий изумительно. Он опустил гитару, чтобы обхватить пальцами микрофон. Его глаза закрылись, и, когда парни замедлили ритм, его голос прозвучал мощно. Он выкладывался по полной.

…Ты обещала мне,

Что отпустишь всё.

Ты клялась, я буду первым,

Но я получил лишь худшее.

Так где же ты, чёрт возьми?

Что мы вообще такое?

Ты была мне нужна,

Но ты продолжала крушить меня.

Ты обещала мне… так много.

Слова были душераздирающими, невероятными, но я задавалась вопросом, откуда они взялись. Гейдж был раньше влюблён? Он упоминал, что написал большую часть текстов. Я была уверена, что эта песня тоже его.

В Гейдже так много всего, что вызывало у меня любопытство. Я задавала себе всё больше и больше вопросов о нём с каждым днём. В нём было скрыто гораздо больше, и я не могла не думать, что за всем этим что-то скрыто. Что же это?

Ребята снова собирались в клуб, но на этот раз я опередила Бена, не дав ему устроить очередной обязательный вечерний выход. Я велела Марко отвезти меня к автобусу, решив, что немного рисования будет в самый раз для этого вечера.

Я рисовала только в полной тишине или под очень громкую музыку. Не знала, где Бен, но была уверена, что он не появится ещё несколько часов.

В автобусе стало тише, чем обычно, и стрекот сверчков за окном делал вечер ещё лучше. Было мирно. Умиротворённо.