В мастерскую Салвера я вошел осторожно, прикрывая за собой дверь. Плечи ломило, грудь отзывалась болью на каждый вдох. Двигаться пытался так, чтобы не показывать этого слишком явно. Получалось плохо.

Салвер поднял голову от стола, где что-то чертил. Лицо у него было сосредоточенным, но не мрачным. Ему шли эти морщинки возле глаз, они говорили, что человек много думал.

— Похоже, Торк жив, — заметил он. — И ты тоже.

— Пока да, — кивнул я. — Но мне кажется, часть меня все еще лежит у него во дворе.

— Это нормально, — сказал он. — Некоторые оставляют там свою гордость.

Я попробовал поднять кружку с водой, но она дрогнула в пальцах. Пришлось взять двумя руками.

— Хотел бы сказать, что он усердствует слишком сильно, но нет. Это было… полезно.

— С этим человеком редко бывает бесполезно, — согласился Салвер. — Садись. Раз все равно жив, можно поговорить о вещах еще более опасных, чем его кулаки.

— О магии? — уточнил я.

— Об Академии, — поправил он. — А значит, и о магии тоже.

Я сел, стараясь не морщиться, когда спина коснулась спинки стула. Салвер какое-то время молча собирался с мыслями, потом начал:

— Академия — это место, где из людей вроде тебя делают магов. Или не делают.

— Слушаю, — сказал я. — Чем меньше сюрпризов будет потом, тем лучше.

— Сюрпризы будут в любом случае, — вздохнул он. — Но хотя бы не от того, что тебе никто ничего не объяснил.

Он сложил руки на столе.

— После инициации ты просто одаренный. Мана есть, ядро есть, а как этим пользоваться — ты не знаешь. Таких называют инициированными. Это… первый шаг.

— Дальше, — продолжил он, — начинается уровень учеников. Первая, вторая, третья ступени. На первой ты учишься базовому контролю и десятку простых навыков. На второй — углубляешься, учишься держать заклинания дольше, работать с двумя стихиями сразу, комбинировать. На третьей — можешь уже опираться на это как на ремесло. Дальше идут мастера, магистры, архимаги… но тебе до этого еще очень далеко.

— А вам? — спросил я.

Он усмехнулся.

— Мне до этого уже, скорее всего, никогда. Я дошел до ученика третьей ступени и там и остался. Мое ядро маленькое, запас маны тоже. Есть шкала — от одной искры до десяти. Архимаги где-то там, на вершине. Я же… не смог одолеть уровень мастера.

— И все равно вы смогли закончить Академию, — заметил я.

— Потому что хорошо держу контроль и умею думать, — кивнул он. — Но для боевой магии и для сложных ритуалов этого мало. Зато для артефакторики вполне достаточно.

Он слегка постучал костяшками по столу.

— Учиться в Академии может любой одаренный, у кого есть мана и возможность туда добраться. Вступительных экзаменов нет. Неважно, крестьянин ты или сын купца, всех гоняют одинаково.

— Я слышал, что отчисляют, — сказал я. — Насколько это… часто?

— Если человек работает и старается, то достаточно редко. Базу осваивают почти все. Уровень ученика первой ступени — это, по сути, обязательный минимум. Если за полгода ты не можешь выучить простейшие навыки и понять, как управлять маной так, чтобы случайно не поджарить себя и соседа, тебя отправляют домой. Без лицензии, без права на некоторые виды работы, без доступа к знаниям. Жить можно, но многие двери перед тобой закрываются.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Бывают те, кто приезжает в Академию уже с уровнем ученика первой ступени. Редко — сразу со второй. Это исключения.

— А вы… — я помедлил. — Вы с каким уровнем туда приехали?

— Почти как ты сейчас, — сказал он. — Инициированный, умеющий только гонять ману по кругу и случайно зажигать свечу. Все остальное уже там освоил.

— Значит, шанс у меня есть, — кивнул я. — Если я буду заниматься.

— Если ты будешь заниматься каждый день, — поправил он.

— Ладно, что именно я должен уметь к моменту, когда поеду в Академию?

Салвер кивнул, будто только этого вопроса и ждал.

— Десятка базовых навыков ученика, — сказал он. — То, чему учат всех в первые месяцы. Почти все к концу полугодия владеют этим уверенно. Многие владеют уже через три месяца. Если хочешь выделяться, к моменту отъезда ты должен стабильно выполнять хотя бы половину из них. Остальные хотя бы на уровне «получается через раз».

Он поднял руку.

— Начнем с главного — циркуляции маны. Без нее все остальное, как строить дом без фундамента.

Он закрыл глаза. Я почти физически почувствовал, как в воздухе что-то меняется. Словно внутри него кто-то открыл тихую дверцу, и по невидимым каналам потекла теплая вода.

— Гонишь силу от ядра в груди — к кончикам пальцев рук и ног. Потом обратно. Не рывками, не толчками, а ровно. Это тренирует не силу, а контроль. Контроль же отличает мага от ребенка с факелом.