Я кивнул, удивляясь, насколько просто он это считал.

— Правы, — сказал я.

— У меня есть одно «дело» на подходе, — продолжил он. Заказ от человека, у которого с деньгами проблем нет. Нужно будет постараться… молчать. И думать. Платить он готов хорошо. Один золотой, то есть по пять серебряных тебе и Лиссе. Но нельзя будет рассказывать всем подряд, что вы там делаете. Потянете?

Я почувствовал, как внутри что-то щелкнуло, пять серебряных — это половина пути до золота. И это за то, в чем я уже сегодня показал себя неплохо.

— Потянем, — выпалила Лисса раньше меня. — Конечно!

— Не сомневался, — усмехнулся он. — Но я хочу услышать ответ и от него.

— Потянем, — повторил я. — Если вы заранее скажете, что мы имеем право отказываться от слишком… грязного, не боясь, что нас потом закопают.

— Я не работаю с теми, кто потом закапывает исполнителей, — серьезно ответил Хейден. — Если что-то будет выходить за рамки, я скажу. Вы вправе будете уйти. Но тогда и денег не будет.

— С этим я могу жить, — кивнул я.

— Хорошо. Завтра или послезавтра зайдите ко мне в канцелярию, — сказал он. — Я к тому времени все подробности узнаю.

Он повернулся к Салверу.

— И еще, — добавил он уже ему. — Поставьте защиту на дверь, от таких вот умельцев. Если человек с улицы сумел ее открыть, значит, уже давно пора задуматься о дополнительных мерах безопасности.

— Сделаю, — пообещал Салвер.

Хейден ушел со стражниками. В мастерской стало тихо. Только Маяк на столе равномерно мерцал.

— Спасибо, — сказал Салвер, посмотрев на нас. — По отдельности и вместе. Вы… — он поискал слова, — вы сегодня сделали больше, чем я мог бы просить.

— Это же наш Маяк, — упрямо вскинула подбородок Лисса. — Я бы все равно полезла.

— Я знаю, — вздохнул он. — Именно поэтому рад, что ты полезла не одна.

Он повернулся ко мне.

— Арден, — сказал он. — Ты сегодня и мне, и Хейдену показал, что у тебя не только талантливые руки, но и соображаешь ты быстро. И раз уж так вышло… — он на секунду помолчал, — я хочу сделать тебе предложение.

— Я слушаю, — ответил я.

— До осени тебе потребуется жилье, — сказал он. — Я слышал, что ты прошел инициацию. Значит, поедешь осенью в Академию.

Я замер. Лисса тоже.

— Вы… откуда узнали? — спросил я.

— Люди говорят, — усмехнулся он. — В очереди не был, но слухи бегают быстрее ветра.

— Я хотел сам сказать… — начал я.

— Уже не важно, — отмахнулся Салвер. — Важно то, что до осени тебе надо где-то жить и что-то есть. А также накопить хотя бы золотой на дорогу. Так что… — он развел руками, — оставайся у нас. Койка есть, работа тоже. Кусок хлеба и миска супа найдутся. А с остальным… — он кивнул на серебро в моей руке, — сам разберешься.

Я сжал монету сильнее.

— Вы… уверены? — спросил я. — До осени еще долго.

— Ты нам сегодня вернул Маяк, — тихо ответил он. — Это многого стоит. Так что считай это… благодарностью. — Он улыбнулся, по-настоящему. — И не спорь. Я старше, я решаю.

— Тогда… спасибо, — сказал я. И внутри, впервые за последние двое суток, я нашел свое место, где можно остаться хотя бы ненадолго.

Когда Салвер ушел в дом, мы остались с Лиссой вдвоем в мастерской. Она стояла у окна, опершись рукой о подоконник, и смотрела, как на улице темнеет.

— Ну что, маг, — сказала она, не оборачиваясь. — Чувствуешь себя героем?

— Чувствую себя… уставшим, — честно ответил я. — И слегка голодным. Это, кажется, нормальное состояние после спасения мира?

Она усмехнулась, но тихо.

— Ты сегодня… странный, — сказала она. — Даже страннее обычного.

— Это ты сейчас комплиментом хотела сделать или наоборот? — уточнил я.

Она наконец повернулась. В глазах сверкал все тот же огонь, только теперь к нему добавилась… растерянность?

— Я заметила, что ты видел то, чего не видели остальные, — сказала она. — В доме возле тайника. У склада на двери. И на Рейка ты смотрел так, будто знаешь, когда он врет, а когда нет. Это не просто «удача». И не просто «догадка». И даже то, что ты будущий маг, не объясняет этого.

Я вздохнул.

Вот мы и пришли к этому разговору.

Слова стояли в горле, как горячие камни.

Сказать? Промолчать?

Сейчас передо мной стоит Лисса. Не друг. Не семья. Не спаситель. Просто… человек, который не отвернулся, когда мог. Который видел, что я едва не умер сегодня от крючка вора, и первым делом проверил — не ранен ли я. Человек, который дерзит, спорит, злится, но ни разу не воспользовался моими слабостями.