На середине первого сета старая карга принялась колотить в стену.

— Иди ты! — вскричал Виктор.

v.

Гидеон Ле Муан из монетного магазина «Принс Альберт» смотрел вслед уходящему Виктору Франклю — и Виктор был на триста долларов богаче. И на сто беднее. Монета должна была принести ему не меньше четырёхсот. И Ле Муан бы купил. Странно…

Это была третья продажа Франкля менее чем за два месяца.

Ле Муан пыхнул трубкой и улыбнулся. Какой бы ни был у этого мужчины крючок — здесь было на чём заработать.

vi.

Джордж оглянулся на дверь Виктора. Не следовало приходить без предупреждения. Прошло несколько недель с тех пор, как Виктор звонил, но Джордж был достаточно взрослым, чтобы понимать. Надо было звонить… Надо было…

Дверь лифта закрылась за ним, и клеть начала медленный спуск. Он бывал у Виктора однажды и смутно помнил посещения к дедушке. Слабый затхловатый запах; старые вещи — блёклые, но хорошо сохранившиеся; порядок, порядок везде. То, что он видел только что, была квартира другого человека — с другим человеком внутри. Виктор был отстранённым — откровенно угрюмым. Большую часть часа он смотрел в ковёр, сжимая этот чёртов эспандер. Дважды произнёс такое, что Джордж мог описать только как отвратительное.

Лифт опустился с усталым стоном. Джордж пропустил «Кэмел», вдыхая воздух. Хорошо было выйти; хорошо будет дома. И всё же не мог отделаться от ощущения, что что-то пошло принципиально не так.

vii.

Виктор изучил последнюю партию набросков.

В третьем была возможность. Он нёс послание чисто и экономично: 1980 — сейчас или никогда… с оставшимися двумя месяцами…

Он плюхнулся на диван, закинув одну ногу через подлокотник, и ритмично сжимал эспандер, мрачно думая.

Дорога была такой одинокой… часы такими долгими… Годами его не касалась женщина… Боже, годами!…

Внезапный гул в паху поднял его на бёдра. Он прижал ладонь к боли — сквозь ткань, словно пытаясь сдержать её. И в некоем трансе начал ласкать себя… думая о Вивви… да, это Вивви… кто же ещё, кроме Вивви…

Белый атлас на белых атласных простынях. Алые ногти и иссиня-чёрные волосы, вихрящиеся, как под водой. Люди тихо сходили с ума, мечтая о таких наслаждениях. Он ждал. Она замерла. Она начала. Взяла его в крохотные руки (сегодня ночью он вздымался сквозь них) и провела кончиком языка в длинном, нежном круге вдоль пылающего края.

С большим усилием он открыл глаза. Её черты потерялись в этом водопаде волос. Но на мгновение Виктору показалось, что он видел—

(Встреть меня…)

— или было смутное впечатление, что… Прежде чем он успел вспомнить — она поглотила его целиком; и он надеялся, что ему никогда не познать поцелуя глубже этого. Когда он кончил — бился, как рыба на песке.

Утром он решил вернуться в Монреаль.

viii.

Дерек Коул крейсировал по Стрипу. На улице второй половина дня была знойной — даже для начала августа; в салоне чёрного «Кадиллака» было достаточно прохладно. Коул кивнул, сказал: — Уверен? — И повесил трубку.

Он раздавил сигарету, щелчком смахнул пепел с манжеты куртки «Армани». Налил себе «Манхэттен» и откинулся, предоставив вождение Гарри. Как выстраивать следующий звонок? Речь шла как минимум о руке. Но Коул был уверен: этот мужчина — не злостный должник. Не в глубине души. Он просто не осознаёт реального положения дел. Всё ещё сон, от которого он должен был бы проснуться в любой день. Обычные методы, конечно, имелись — но время было не то. Коул поставил бокал и набрал номер.

Ответил женский голос. Жены. — Алло?

Коул с идеальной точностью воспроизвёл тихий жалобный голосок — без тени улыбки. Кроме разницы в тональности — зеркальное эхо.

— Кто это? Кто-о?

Коул отозвался — хладнокровный и спокойный.

— О, боже, пожалуйста!

— О, боже, пожалуйста! — Полный ужас. Потом вверх на целую октаву. — Дайте мне его!

— Его нет!

— Да есть!

— Откуда у вас новый номер?

Пауза. Его самый низкий, самый тихий голос. — Я знаю о вас всё.

— Стив сейчас не здесь. Правда—

— О да, здесь. Я его вижу.

— Где вы?

— Я везде, куда вы смотрите. А теперь позовите его к телефону, пока я не досчитал до пяти, — иначе ваш чёртов дом сгорит дотла!

Внезапно Коул остановился. Он рассеянно положил трубку. Машина притормозила у Куин и Янг. Через дорогу, в полквартале, приближался странный призрак. Коул прищурился, подавшись вперёд. — Какого хрена, — пробормотал он.

Гарри обернулся через плечо. — Что происходит?

— Посмотри-ка.

— На что?